Наше будущее

Лето приближалось к концу. Дом уже лег на обратный путь от перицентра, с каждым днем он теперь будет удаляться от Светила. В воздухе потянуло холодом, сегодня даже пришлось развести огонь. Впервые за лето.

Впереди долгая зима, с грустью думал Издатель, скатываясь под панцирем в тугой шар. Невеселые мысли одолевали старика. В последние дни лета на него часто наваливалась хандра, но на этот раз к обычной сезонной тоске добавилось беспокойство.

В конце лета на Доме всегда проводился литературный конкурс «Наше будущее». Выдающиеся умы планеты, творцы, созидатели выносили на суд Издателя свои произведения. Его обязанностью было выбрать лучшее, которое станет путеводной звездой, направляющей линией для всех жителей Дома на целый год, до следующего лета. Однако, нынешний конкурс вызывал у него непонятную тревогу.

Уединение Издателя нарушили подчиненные, с трудом тащившие тяжелый мешок.

— Конкурсные работы, — булькнул Редактор-примо, вывалив содержимое мешка рядом с панцирем шефа.

— Мы отобрали лучшие, — заискивающе сообщил Редактор-секундо.

— Есть что-нибудь заслуживающее внимание? — бодро поинтересовался Издатель, разворачиваясь в свой привычный объем. Огонь согрел нору и добавил старику оптимизма.

— Как обычно. Мы их на три множества разделили по половому признаку — Она, Он и Оно.

Издатель выпустил из тела три ложноножки и поднял три ножкописи из первой кучи. Его зрение тоже разделилось на три части, чтобы можно было читать произведения одновременно.

— Вибрируя всем телом, Она нежно прильнула к его твердому панцирю, покрытому кровью сраженного демона. Принц отбросил оружие, обвил ее псевдоподиями и булькнул в слуховое отверстие: «Я люблю тебя», — прочитал он. — Что это? Я вас спрашиваю, что это?

— Ножкопись № 54321-ОНА, — сверился со своими каракулями Редактор-секундо.

— Конкурс называется «Наше будущее». Где здесь будущее?

Издатель отлистал несколько страниц вперед.

— Маг произнес заклинание, и Она очутилась во дворце. Десять служанок тщательно расправили ее щетинки, нанизали на ложноножки дорогие украшения, — процитировал он. — Вот это, я тебя спрашиваю, будущее?

— Ну, в какой-то степени…

— Наше представление о будущем — канва, по которой мы сплетаем наш мир. Будущее — это идеал, мечта, к которой мы стремимся. Разве можно мечтать о таком?

— Они только о таком и мечтают, — булькнул Редактор-примо.

— Там то же самое? — спросил Издатель, потрясая двумя другими ножкописями. Первую он с отвращением отбросил.

— Да, — мигнули щетинками подчиненные. — Там тоже принцы, дворцы, немотивированное нарушение физических законов, мускулистые, но нежные псевдоподии…

Старик тяжело вздохнул и, вытянув новую ложноножку, выудил ножкопись из другого множества.

— Сдохни, паскуда! Тварь поднималась после каждого удара, разбрызгивая вокруг себя органическую жидкость, но Он вновь и вновь наносил ей урон. Шкала его жизни начала светиться красным, это означало, что ему нужно немедленно заканчивать бой. Но вдруг мощная смертоносная волна, пронесшаяся с неумолимой скоростью, сразила чудовище наповал, — с возрастающим удивлением прочитал он. — А это что?

— Будущее, — пожал псевдоподиями Редактор-секундо. — Они так видят.

— Видят что? Тварей вокруг себя? Разбрызгивающих во все стороны органическую жидкость?

Издатель потянулся за другим произведением.

— Не будь слабаком! Бей их! Эти монстры очень живучи. Используй «супер силу», примени заклинание невидимости, добавь к ловкости +3. Отлично! Ты справился! Ты герой! Получи в награду следующий уровень, только не забудь отоспать урон.

Зрительные органы Издателя собрались в кучу, затем разделились на две части, округлились и вылезли вперед, держась на тонких щетинках.

— Они это всерьез? — тихо спросил он подчиненных.

— Это сейчас модно среди молодежи, — засуетился Редактор-секундо. Выпученные зрительные органы начальства порядком напугали его. — Новое веяние в литературе. Мода…

— Мода, — тихо повторил за ним шеф. — Есть за этой модой хоть что-то стоящее?

— М-м-м, — Редактор-секундо заколыхался, сверяя каракули. — Вот, пожалуйста, ножкопись № 12345-ОН. Оригинальный мир, населенный органическими существами с билатеральной симметрией, фиксированным телом и эндоскелетом. Только подумайте — они не могут вырастить ложноножку по своему желанию, а их мягкие ткани расположены снаружи! Неожиданно, правда?

— И что они делают, эти странные существа? Как живут? Какой у них общественный строй? Чего достигла их наука? Культура? Есть ли у них литературные конкурсы?

— Откуда у них конкурсы! — пренебрежительно махнул псевдоподией подчиненный. — Примитив. Самый настоящий агрессивный примитив. Они только и могут, что полчищами нападать на наших доблестных воинов, которые их крошат в планктон.

— Жаль, очень жаль. Только я не понимаю, неужели обязательно надо кого-то крошить в планктон? Неужели им хочется жить в таком будущем?

Редактор-примо молча закатил зрительные органы наверх. Начальник изрядно утомил его своей архаичностью. Пора уже старперу освободить место. Выйти в тираж.