Написать Империю

— Альфред, ты убрал её⁈

— Конечно, Ваша Светлость… как и всегда.

— Ха, — растянулся на кресле Герцог Теодор третий. Погладил бороду с очень странной улыбкой, но говорил крайне грустным голосом. — Мне так скучно…

— Сегодня много подарков прибудет, — сухо ответил дворецкий. — Наверняка среди них будет что-то интересное.

— А, — выдохнул герцог. — Точно… — словно только сейчас вспомнил. — Сегодня же день рождения этого ничтожества…

Дворецкий не ответил. Только голову повернул, глянув на двери комнаты.

— Давно стоит… — выплюнул Герцог. — И в кого он такой нерешительный?.. — Причмокнув губами он скривился от недовольства, а затем махнул рукой, — ладно… впусти его.

Дворецкий Альфред, ростом был под два метра, больше на рыцаря походил чем на обслугу. Его бородка была аккуратно подстрижена, широкие скулы подчёркивали особое «благородство», которое от него исходило.

Подойдя к двери, дворецкий потянул на себя рукоять. Железные петли скрипнули, пропуская внутрь молодого человека.

— Здарова, — бросил он, скалясь во все зубы.

Громко поздоровался, вальяжно рукой помахав. Так, что заплывший жиром Герцог даже смутиться успел.

Смерив взглядом отца, его сальную, длинную как у простого раба бороду, сын шагнул в комнату.

— Мне шестнадцать исполнилось, — улыбался он. — Ты рад?

— С ума сошёл? — нахмурился его отец, медленно приходя в ярость. — Что это за поведение⁈

— Ох… — протянул тот, приближаясь в дубовому столу. — Нет?

Задал вопрос, не дожидаясь ответа. Вытянул руку, направив на лоб своего отца серебряный револьвер с неприлично огромным барабаном.

— А я рад… — прозвучал его голос. А затем, с громким и особо звучным хлопком, пуля калибра 12,7 мм вырвалась из ствола, начисто разворотив голову, не успевшего даже осознать собственную смерть, герцога. Выбросила ему мозги, заливая ими прозрачные шторы на окне за кожаным креслом.

Мальчик застыл вот так, словно любуясь видами. Сделал глубокий вдох, отводя руку.

— Альфред… — сказал он, всё ещё наслаждаясь видами. — Этот ублюдок умер… ты рад?

Угрюмый дворецкий лишь краем глаза окинул разорванную на куски голову бывшего хозяина… а затем медленно улыбнулся и только затем хмыкнул.

— С днём рождения, господин, — проговорил он, опускаясь на колено. — Вы долго этого дня ждали, верно?

— Да… — хохотнул тот, наконец убирая оружие в кобуру. — Ты готов?

— С тех самых пор… как вы призвали меня, — улыбнулся тот.

— Тогда пошли. — Развернулся на пятках молодой Герцог. — Мы десять лет ждали этого дня. Пора начинать играть по настоящему.

— Какого дьявола⁈ Что за дерьмо случилось⁈

— Господин Рохан… — удивлённо выдохнула служанка. Голос был таким громким, что ещё одна со стороны фыркнула.

— Ему всего шесть, а он уже так сквернословит… Сын своего отца, точно.

Две идиотки смотрели на меня сверху вниз. Здоровые такие… Или нет… Это я маленький, родилась в голове мысль после беглого осмотра окружения. Осмотрев женщин, одетых как средневековые горничные в каком-нибудь английском поместье, осмотрев свои крохотные ручки, которые, казалось, были такими тонкими что могут сломаться от лёгкого порыва ветра… яснее ситуация не становилась.

— Нет… правда, — выдохнул я. — Это что за хуйня? — А затем медленно посмотрел на двух женщин в отдалении. — Что ты там сказала про моего отца?

Едва с моих уст сорвался вопрос, как обе служанки мгновенно побледнели. Поняли, что были неосторожны, и я услышал их?

В ту же секунду они рухнули на колени, со всего маху ударившись лбом о деревянный пол.

— Простите нас!!

— Простите нас!!

Их крик был таким… что больше на плач походил. Только что они… вроде… его осуждали, а сейчас так испугались что я сам едва на землю не рухнул.

Чего так на ребёнка орать-то…

— Ага… — выдохнул я, начиная активно соображать.

Судя по окнам, и, важно, по массивным ставням из дерева на них, стекла в этом месте не было как явления. Стены толщиной с метр точно, может быть полтора.

Замок какой-то… — размышлял я.

На стенах ковры, но точно не машиной сделали, их крендель какой-то рукажопый делал. Такое уродство сваять… это просто фейерверк самых ужасных генов должен был в ткаче пробудиться.

— Я умыться хочу, — бросил я, смотря на ближайшую служанку. Раз уж речь о генах зашла…

— А… да, — растерянно пробормотала та. — Сейчас же…

А затем повернулась к той, кто меня осудила недавно, а сейчас стоящей на коленях.

— Чего застыла? Не слышала приказ господина Рохана⁈

— Да… — ответила та, но явно не поняла сказанных слов. — Да, — и снова повторила, понимая что ответила как идиотка. — Сейчас же нагрею воду, Ваше Превосходительство!

Я слегка правую бровь поднял. Эта дурочка так быстро исчезла, как будто от этого её собственная жизнь зависела. Хотя, наверное, так оно и было. Сидящая рядом со мной первая служанка слегка выдохнула.