Найди меня

Родной лес остался позади. Здесь всё было по-другому.

Неприветливый шум маленького городка, пугал девушку, которая шла по тротуару. Она устала и хотела остановиться, но не могла. Дождь промочил ее одежду и обувь, которая была облеплена густой грязью. Руки устали от тяжелой ноши, которую она упрямо несла, прижимая к себе.

Свет вывески круглосуточного магазина слепил уставшие глаза. Беглянка остановилась и посмотрела на ребенка. Тот посапывал, уткнувшись носиком в мокрое полотенце. Нельзя чтобы малышка простудилась. Нужно торопиться, иначе все окажется зря.

Неожиданно раздалась тихая мелодия. Ее напевала женщина. Девушка, нёсшая ребенка по пустынному городу, резко обернулась. Нет! Нельзя оборачиваться.

«Просто иди дальше, иди не оглядывайся» – твердила себе девушка.

Волосы прилипали к шее и щекам. Она не могла разжать рук, чтобы поправить их. Холод пробирал до костей. Сейчас лето, но ночь выдалась холодной. Ребенок заёрзал на руках, ему было неуютно. Но что делать бедняжка. Её несли в теплое защищенное место, где о ней будут заботиться. Может любовь матери и отца ей там и не дадут, но она будет жить – это главное.

Очередной порыв ветра заставил выкинутый кем-то мимо урны мусор плясать по разбитому асфальту. Вдалеке моргал одинокий фонарь. Девушка крепче прижала к себе новорожденного ребенка и пошла дальше, прибавив шаг.

Она никогда не была в городе. Дальше родного села не выбиралась. Последние месяцы, проведенные в глухом лесу, в полнейшем одиночестве давали о себе знать. Её пугал любой звук: будь то сигнализация припаркованной вдалеке машины, или лай собаки, шатающейся по городу в поисках еды.

Впереди показалось двухэтажное длинное здание детского дома. Девушка прибавила шаг. Ее ноги гудели, голова стала тяжелой, мысли путались, разбегались, когда ей хотелось сосредоточиться.

«Просто оставь ее на пороге, постучи в дверь и беги» – говорила себе беглянка. Но сил бежать нет. Может и ей остаться в этом городке, подкопить денег и затеряться. Мир такой огромный он не ограничивается Мирным лесом.

«Нет» – прозвучал голос сестры в сознании. Такой четкий, что девушка поежилась. Нельзя здесь задерживаться. Нужно оставить ребенка и возвращаться. Там лежит тело, нужно его закопать и избавиться от всех следов.

Девушка забеспокоилась, что ее руки до сих пор в крови, она поглядела вниз и увидела, что ребенок проснулся. Он смотрит на нее большими светлыми глазками, и кажется, просит о помощи. Еще бы, она родилась несколько часов назад и до сих пор не ела. Бедняга потерпи, осталось совсем немного.

Ворота на ночь запирались. Этого девушка не учла. Она не знала законов и правил города. Вся ее жизнь прошла в забытой Богом деревеньке, где никто не заботился о безопасности и не запирал двери домов и сараев. Ей пришлось идти вдоль облезлого ржавого забора, чтобы найти хоть какой-то вход. Удалось. Через выломанные прутья воспитанники детдома сбегали в город за сигаретами и мороженным, когда у них появлялись деньги.

Придерживая ребенка, чтобы тот не ударился, она пригнулась, и скользнула на территорию заведения для брошенных детей. Девушка скользила тенью по дорожке до центрального входа. Она еще раз бросила взгляд на свою ношу, что весила не больше трех килограмм. Девочка наблюдала за ней, не плакала, просто спокойно смотрела и кажется чего-то ждала. Может доброго слова, может объяснений. Но они не нужны младенцу, ему нужно тепло, еда и забота.

Девушка аккуратно положила ребенка прямо на каменные ступени и быстро, но настойчиво постучала в дверь. Она спустилась и спряталась за деревом. Однако не ушла сразу, дождалась, когда дверь скрипнула.

Из коридора пролился на ступеньки яркий желтый искусственный свет. Малышка заплакала, высвобождая крохотные ручки из полотенца, в которое была завернута не слишком туго. Ее тельце уже успело замерзнуть. Девушка выдохнула и закрыла глаза. Голова кружилась. Но расслабляться и отдыхать времени нет. Для нее самой ничего не закончено, все только начинается.

Полная молодая женщина, в белом халате и косынке на голове, подняла плачущего ребенка на руки и попыталась успокоить. Она вглядывалась в тьму двора.

– Кто здесь? А ну, отзовись! – ее голос был строгим и громким.

Девушка, притаившаяся за деревом, захотел выбежать из укрытия и бежать прочь. Но не смогла этого сделать, в испуге, не сводя глаз с плачущего ребенка.

Старое здание, с облупившейся краской, разрушенными ступенями и решетками на окнах. Это он – дом, в котором она выросла. Детский дом. Другого Марина не знала.