Награда наёмника

Команда корабля вздохнула с облегчением: на горизонте показался долгожданный берег — где-то в призрачной дымке тумана виднелись наблюдательные вышки Кеми…

Матросы ловко и расторопно повернули единственный уцелевший парус, и «Кобра» медленно двинулась к городу. Некогда лучшее и самое быстроходное судно превратилось в жалкую, обгоревшую развалину. Всюду были видны следы сражения и пожара. Боковые перегородки сломаны, одна из мачт черна, как уголь, на надстройках следы крови. Там лежали немногочисленные солдаты, выловленные из воды после затопления корабля — от команды «Петли удава» уцелело меньше трети.

На носовой палубе стоял высокий темноволосый молодой человек в прочных стальных доспехах. Одна рука опирается на ножны меча, вторая крепко сжимает канат ограждения. Порывистый ветер обдувает волевое лицо воина, а разбивающиеся о судно волны то и дело окатывают его солеными брызгами. Чуть вытянутый подбородок, прямой правильный нос, на впалых щеках едва заметные ямочки, большие карие глаза смотрят куда-то вдаль. Изредка по телу стигийца пробегала нервная дрожь. Те, кто часто бывали в Луксуре, сразу узнали бы сотника Хотепа, отчаянного, смелого и безжалостного бойца, недавно нанятого на службу чародеем Сиптахом Атхемоном.

Настроение у молодого человека было отвратительным. Хозяин доверил ему очень важную миссию, но он с ней не справился. А какие возникали перспективы! В том, что Сиптах станет правителем Стигии, воин даже не сомневался.

Могущество мага не знало границ — Атхемону удалось вызвать из бездны небытия страшных чудовищ, четырех кровожадных демонов Стихий. Они жадно пожирали человеческие тела и росли буквально на глазах. Казалось, что вскоре вся Хайбория встанет на колени перед великим владыкой. Само собой, у кормила власти найдется место и для приближенных, а Хотеп являлся «правой рукой» Сиптаха.

Сотник поставил свою жизнь на беспроигрышного победителя. Но судьба посмеялась над ним. В Шеме нашелся достойный противник колдуну, а вызванные им мерзкие твари оказались не так уж и сильны. Наемник-киммериец и девушка-волшебница сажали чудовищ на цепь одного за другим. Хотеп начал замечать, что Атхемон нервничает и допускает ошибки. Действия мага стали чересчур поспешными и часто необъяснимыми, а его былая уверенность испарилась, как утренний туман с восходом лучезарного солнца.

И вот у Хотепа появился шанс изменить положение дел. Расклад великолепный, да и гадания постоянно показывали на удачу. Надо лишь перехватить и убить врагов. Задача не самая сложная. Сотник получил в свое распоряжение два отличных судна и восемьдесят опытных испытанных солдат и знал, что времени у него больше, чем у противника. Корабли бросили якорь в портах Мессантии и Кордавы, оставалось лишь ждать. Вот тут-то и начались первые неприятности.

Жрец Менетхеп, помогавший Хотепу, явно перемудрил и понадеялся на свое сонное зелье. Его обвели вокруг пальца, как мальчишку. Лишь трое воинов сумели уцелеть во время схватки и сообщили сотнику о смерти чародея. Первая попытка убить киммерийца не увенчалась успехом. Атаковать противника прямиком в гавани столицы Зингары стигийские солдаты не решились — мешала чересчур сильная и многочисленная стража, а хуже всего было то, что путешественники узнали о преследователях, и у них появилась возможность подготовиться к новому бою.

Тем не менее, опытный телохранитель Сиптаха не терял надежды на благоприятный исход похода — у наемника было меньше десяти воинов. Разве они смогут устоять после абордажной атаки одновременно двух кораблей с многочисленной командой? А в качестве неприятного сюрприза можно использовать еще и демона с его слугами! Сам Хотеп нападения чудовища не опасался: Атхемон сказал сотнику заклинание, которое заставит существо держаться на расстоянии от стигийцев. Но видимо, боги за что-то прогневались на их господина…

В двух днях от Барахского архипелага быстроходные суда настигли беглецов, и Хотеп уже предвкушал победу. Колдун осыплет его милостями и почестями…

Наивный глупец! Варвар показал им, как надо сражаться. На зингарском торговом корабле оказались бочки с факельной смолой, и киммериец умело воспользовался ужасной смесью, не гаснущей даже в воде! Проклятый северянин дотла сжег «Петлю удава», да и «Кобре» изрядно досталось.

В абордажном бою варвар дрался, как зверь — солдаты доселе с ужасом вспоминают его длинный двуручный меч. Острый клинок киммерийца, словно сорную траву, выкашивал ряды стигийских воинов. Подстать своему предводителю сражались и шемиты.

К такому отпору люди Хотепа оказались не, готовы. Морская битва была бесславно проиграна, и преследовать путешественников сотник уже не мог. Подобрав упавших в океан матросов и солдат, он двинулся к берегу материка.