Надежда

Сильный теплый ветер дул над Москвой-рекой, разгоняя белые облака в утреннем небе и заставляя трепетать на высоких флагштоках флаги самых сильных государств мира. В самой середине развевался красно-синий стяг Евразийской Конфедерации – первой среди равных, встречающей сегодня высоких гостей общемирового саммита в Москве. Дом Конгрессов, расположенный в излучине реки, особо украшать не стали, не считая обязательного баннера с приветствием высоких гостей, поскольку Служба безопасности Внутреннего круга совершенно не желала добавлять себе лишнюю работу по проверке еще и этого. Проблема была гораздо серьезнее, в связи с чем было решено во Внутреннем круге использовать приезжую команду из союзной Белоруссии, а не москвичей, несмотря на возникшее непонимание со стороны местных и неизбежные трения.

Впрочем, начальник белорусской спецгруппы Внутреннего круга Петрусь Зарецкий с оперативным позывным «Бусел» выглядел как всегда спокойным и даже безмятежным. То, как он был на самом деле напряжен, можно было почувствовать только находясь совсем рядом, и стоявший возле него Джузеппе Богомазов ощущал эту буквально рвущуюся из здоровенного мужика энергию в полной мере. Сам Джузеппе к группе не принадлежал, считался откомандированным специалистом, единственным, кто хоть как-то представлял то, что должно было произойти буквально через десять минут. Уверенности, в отличие от Бусела, у него не было никакой – все знания он получил от проникшего в здание во время их разведрейда Странника, а если учесть, что физически Джузеппе в тот момент лежал в психиатрической клинике, опутанный проводами не пойми какого аппарата, а действовал за него бестолковый малый по имени Толик.. В общем, выглядело все это сущим бредом. Однако, встретившие Джузеппе в доме на берегу Женевского озера люди выслушали его сбивчивый рассказ о покушении в момент воссоединения Мира с его Тенью очень внимательно, заставили несколько раз повторить ряд моментов, а потом и написать самый натуральный отчет. После этого, буквально на следующий день его представили Зарецкому и объявили, что теперь он будет консультировать спецгруппу охраны, причем прямо на месте событий. Бусел принял информацию, не дрогнув ни единой мышцей на лице, выдал Джузеппе спецкостюм агента с встроенной системой защиты и связи, но позывной ему назначил «Фантазер», что уже говорило о многом. Джузеппе обижаться не стал.

А пока Бусел разглядывал окрестности то так, то в электронный бинокль, Джузеппе переминался с ноги на ногу возле него и размышлял о том, что они могли еще упустить. Все шло вроде бы по плану, прилетела и улетела летающая платформа, доставившая президента Конфедерации. Подъехал эскорт Великого Кормчего стран Юго-Восточной Азии, возглавляемый роскошным мобилем, в котором так и чувствовался стиль Поднебесной Империи. Джузеппе припомнил, что завод, делавший машины для администрации Кормчего, назывался «Тысяча лет счастья», что бы это ни значило. Там любили торжественные и пышные девизы.

Прибытие канцлера Германских земель было оставлено гораздо скромнее, черный Хорьх с ним самим, да пара длиннобазных Вандереров с охраной впереди и сзади. Приехали, высадили, уехали, вот и всё.

Приезд Островитян тоже особо не удивил, разве что необычный тяжеловесный дизайн их техники, давно ставший притчей во языцех, но у всех свои комплексы, кто мы такие, чтобы их осуждать? Охрана было напряглась, но президент, высокий тощий человек, лишь махнул рукой снимавших действо группе репортеров и быстро исчез в дверях Дома Конгрессов.

Подъезжали еще какие-то делегации, но Джузеппе за ними уже особо не следил, а потом поток и вовсе иссяк. Наступила тишина, прерываемая лишь короткими репликами Зарецкого, опрашивавшего по очереди своих агентов. На этот момент было уже выявлено, что прямо перед саммитом внезапно сменилась фирма, обслуживающая вентиляцию и кондиционирование здания, чему причиной послужил звонок руководству одного из вице-премьеров правительства. Конечно, это могло быть простым проталкиванием на денежные места своей клиентуры, но уж больно нехорошо оно совпадало с тем, что успел подслушать Странник. В общем, технический этаж держали под незаметным, но очень плотным контролем. Что же касается того, как будут обеспечивать безопасность первых лиц государств, никто с Джузеппе делиться не собирался.

– Сейчас начнется! – повернулся к нему Бусел.

У Джузеппе мелькнула уже привычная мысль, что этому лосяре слово Бусел, обозначающее мирного белорусского аиста, подходит разве что по контрасту, но тут началось, и на полном серьезе.