Над Уралом-рекой

Оренбургу в 1993 году исполнится 250 лет. Он внесен в список исторических городов и населенных пунктов РСФСР. Мне хотелось, чтобы человек, проходя по его улицам, не скользил равнодушным взором по зданиям, скверам и площадям, а заинтересованно вглядывался во многие из них и видел тяжелый труд работных людей и солдат, усилиями которых основывался и рос город-крепость, видел славную историю революционного Оренбурга, испытывал гордость за сегодняшний день родного города. Ради этого и написана книга.

Не моя мысль: без прошлого нет настоящего, без настоящего не бывает будущего. Но именно она руководила мною, когда работал с архивными документами, изучал старинные планы и чертежи, труды дореволюционных и советских историков об Оренбурге. Читателю, конечно, судить, как удалось выявить связь времен в книге, насколько она возбуждает интерес к прошлому, настоящему и будущему Оренбурга.

Рассказывая о застройке города, я стремился быть предельно точным, опираясь на документы. Однако не по всем вопросам, освещенным в книге, обнаружено было достаточно документов, иногда их вообще не удалось найти. Поэтому кое-что в работе носит предположительный характер. Возможно, найдутся новые материалы, которые позволят прийти к иным соображениям и выводам. Во избежание перегрузки книги ссылки на источники даются в примечаниях только в случаях, которые представляются более существенными, или если высказываемые положения значительно расходятся с устоявшимися в краеведческой литературе.

Работе над книгой благоприятно способствовало постоянное общение с покойным ныне профессором П. Е. Матвиевским, светлая память о котором в моем сердце. Считаю своим долгом поблагодарить сотрудников Оренбургского госархива и городского архитектурно-планировочного управления за помощь в исследованиях.

Высоко на горе над Яиком близ устья быстрой и прохладной реки Сакмары весной 1743 года начал строиться город, имя которому «Оренбург» дано было еще за 9 лет до его настоящего рождения. Чтобы лучше представить себе, как и почему именно в этих местах и в это время возник город ― центр обширного края, нужно немного заглянуть дальше в историю.

В ходе исторического развития России освоение этого края было закономерным явлением. Истоки его уходят в глубь веков, совершенно четко прослеживаясь, во всяком случае до середины XVI века. Освоение края могло начаться немного раньше или позже, но должно было произойти. Не будет преувеличением сказать, что это стало неизбежным особенно после преобразований петровского времени, когда Россия твердо встала в один ряд с главными мировыми державами, когда осуществление политики меркантилизма требовало расширения и укрепления торговых связей, значительно развилась промышленность, а металлургия, в частности, настолько, что к исходу первой четверти XVIII века страна стала вывозить металл, в то время как в начале века она его еще ввозила. Поводом к началу освоения края послужило добровольное присоединение Казахстана к России.

С незапамятных времен степные просторы между Уральскими горами и Каспийским морем служили естественными воротами, через которые кочевые народы продвигались с востока на запад. В свое время прошли здесь гунны, авары, печенеги, половцы, монголо-татарские полчища. Долгое время кочевали тут ногайцы, пока их в XVII веке не вытеснили калмыки, остановившиеся затем в междуречье Волги и Яика. В конце XVII и начале XVIII века пришли сюда казахи, теснимые с востока воинственным государством джунгар. Социально-политические условия жизни казахов и обусловили возникновение Оренбурга именно во второй четверти XVIII века.

Яик стал юго-восточным рубежом России еще в конце XVI века, но граница была лишь номинальной. За исключением Яицкого городка и Гурьева ни русских, ни каких-либо других поселений до XVIII века здесь не было. Лишь при Петре Великом, когда, говоря словами А. С. Пушкина из «Полтавы», «Была та смутная пора, когда Россия молодая, в бореньях силы напрягая, мужала с гением Петра», развитие страны привело к тому, что стала ощущаться потребность расширения связей с Азией. Проявлением интересов в этом направлении явилась трагически закончившаяся экспедиция Бековича-Черкасского в Среднюю Азию. Одной из ее целей было склонение Хивинского хана в русское подданство. Отвлечение сил на Западе и на Юге не дало Петру возможности самому выполнить задачу развития экономических связей с восточными странами, хотя он стремился к этому и намечал путь решения ее, говоря во время персидского похода в 1722 году: «Киргиз-кайсацкая орда всем азиатским странам и землям... ключ и врата». Задача эта решена была уже после смерти Петра, и решали ее «птенцы гнезда Петрова» ― люди, выдвинувшиеся при нем, воспринявшие его идеи.