На суше и на море

Одно из самых моих романтичных приключений в автостопе – это ночь над Доном в конце февраля 2002 года по дороге из Москвы в Дамаск. В тот день мы с Людмилой бодро достигли Ростова (1100 км) и в полночь высадились на мосту через Дон на объездной дороге, полные энтузиазма добить еще 250 км и уже к утру быть в Краснодаре. По мосту шли грузовики, мы верили в успех, и ничто не предвещало беды. Уже через двадцать минут нас подобрал ингушский водитель, пообещав высадить на полпути к Краснодару. В кабине его машины было тесно и уютно, но через два километра он сломался капитально и надолго. В десять утра, когда мы отъезжали от Ростова, он все еще стоял на обочине. Пришлось вернуться к мосту. Это была единственная освещенная позиция на трассе. Помимо нас мост облюбовали рыбаки. Они были пьяны и веселы, с криками и шумом рыбаки закидывали в Дон телевизор[1], а потом бурно его доставали. Была ли там рыбка большая и маленькая, осталось для меня загадкой. Рыбаки нам обрадовались и стали проявлять в автостопном деле большое участие.

– Идите сюда, ребята, – звали они. – Сейчас мы устроим на мосту заварушку, сеть вытащим, водитель удивится: «Что такое?», подъедет посмотреть, а тут вы его и застопите!

Мы сомневались в успехе этой затеи и предпочитали держаться в стороне, тем более что к середине ночи настроение пьяных рыбаков поменялось, и они стали выяснять другу друга, «кто это такие и чего они тут стоят». После этого наше желание ближе познакомиться с тружениками моря пропало окончательно.

Вокруг была чудная южнорусская ночь. Медленно и величаво нес свои воды Дон. Приближался День Советской армии – 23 февраля. Движение транспорта замерло совсем. Угомонились и разбрелись рыбаки. Хотелось спать, согреться и застопить машину.

Мы попытались сдаться в теплую милицию, но они отказались нас принять. Милосердие проявил сторож бензоколонки, он впустил нас к себе в будку и вел разговоры до утра.

Светало. Над Доном стоял туман. Остановить машину в этой холодной мокрой пелене было утопией. Я едва видел свою вытянутую руку. Идти было некуда. Туман скрывал все, и самым разумным было стоять где-нибудь подальше от трассы во имя безопасности дорожного движения.

Я никогда не забуду картину после восхода! Река, подернутая дымкой тающего тумана. Безоблачное небо, розовый и голубой горизонт. Сверкающий тысячами золотых огоньков иней на деревьях. Белые полосы пара из труб. Уходящая вдаль черная лента трассы. И очень холодно. Такая красота, но она не радует. Ноги почти ничего не чувствуют. Руки в перчатках и в рукавах. Пар изо рта. И сияющее зимнее солнце!

В эту холодную февральскую ночь Люда проявила себя молодцом, героем и железной леди. Я не услышал от нее ни единой жалобы на то, что она замерзла, что «ну его на фиг», что «автостоп достал». Полночи она была веселой и бодрой, еще полночи – заиндевевшей и тихой. А на вид – маленькая, худенькая, через рваный ботинок видна розовая пятка. Зато внутри – кремень! В общем, на трассе человек может показать себя за один день.

В Краснодаре мы оказались лишь к вечеру.

Автостоп – занятие на любителя. Как говорили древние, посредник есть послание. В автостопе главным приключением становится сама дорога, а не место, куда вы направлялись. Самолет из Москвы в Париж летит четыре часа. Чтобы добраться туда автостопом, потребуется четыре дня. В первые сутки вы, скорее всего, достигнете белорусской границы, а если очень повезет, то Бреста. Во второй день въедете в Польшу. Третьи сутки – граница с Германией, может быть доберетесь до Берлина. Четвертые сутки – вас подхватит вихрь европейских дорог, и в конце дня, вполне возможно, вы уже будете в Париже. Поверьте, эти четыре дня дадут впечатлений в сто раз больше, чем четыре дня, проведенные в Париже! Кстати, затраты на такое путешествие вас также приятно удивят. А вот о комфорте и удобствах придется забыть.

Поездка в Сирию входила в малый джентельменский набор российского автостопщика. В начале 90-х годов прошлого века с легкой руки Антона Кротова[2] и его Академии Вольных Путешествий автостопная ойкумена, которая раньше включала Россию и бывшие советские республики, а также Европу, начала стремительно расширяться на Восток. Стайки российских хичхайкеров потянулись на юг: в Турцию, Сирию, Иорданию, Иран. Отдельные ласточки начали появляться в Индии, Китае, Юго-Восточной Азии.

Самые безбашенные проникли в Афганистан и Ирак, пересекли Африку.