На Службе у Тирана. Том 3

— Я знаю, как всё вернуть! У меня есть план! — чуть ли не прокричал Владлен, ворвавшись в мой кабинет, опираясь на трость. Злость в секунду забурлила в моей крови. Мало я тебя уже сломал? Хочешь ещё?! Император Роланд, после того, как я зашёл в Кабинет этого урода, хоть в маломальской надежде на то, что произошло не то худшее, что я моментально почувствовал… Разнимал нас собственноручно. Я никогда ещё так не дрался. Я хотел убить, сжечь всё, что только можно, включая гниду-Брарвираса, который пытался оправдываться где-то на заднем плане на коленях в слезах, каясь во всех смертных грехах и то… То что он видел и никак не мог препятствовать тому, как Ариэль, и как он понял потом — Иви, когда я влетел, вынося дверь, отдалась Люциану, потому что он признал в ней… Сильнейшую. На последнем мою крышу снесло. Весь замок, весь этот собравшийся цирк уродов начало пожирать пламя моей боли и ненависти. Я распалялся сильнее и сильнее от мысли, что этот ублюдок… И что она, скорее всего, сделала это из-за меня, из-за Владлена, из-за глупого камня-антариса! Я забыл как дышать. Я крошил всё, к чему притрагивался. Пламя пожирало на своём молекулы-атомы пространства. Думаю, я бы убил всех, включая Владлена и Брарвираса. Спасла меня лишь мысль, а точнее возникшая на руке руна контракта на крови. Василий. Я был обязан перевязать его в срочном порядке на себя.

Я выдохнул сквозь зубы. Стакан, который я вертел в руках начал крошиться.

— Вали отсюда, чёртов Маэстро! — я сильно вдохнул воздух сквозь ноздри. В руках, которых бокал превратился в стеклянную крошку, возник огонь.

Владлен, я видел это краем глаза, прихрамывая, опираясь на трость, зашёл внутрь. Он с силой захлопнул дверь. Мы не разговаривали с ним с того самого момента. Я ни разу не навестил его, когда он был в коме. У меня складывается ощущение, что он чувствовал себя виноватым и поэтому… Поэтому не сопротивлялся тогда. Он просто разрешал его убить. А может… Может он и сам хотел умереть. Но я тебе и этого более не устрою. Живи и мучайся каждый день, как и я. Наслаждайся каждым мигом этой невыносимой душевной боли, сучий потрах!

— Нет! — прозвучало с задержкой, с твердостью, с дерзостью. Я поднял взгляд. Владлен, некогда ранее чуть ли не самый красивый и завидный холостяк Империи, теперь выглядел… Шрамы на лице, несросшиеся переломы, хромота… И ни малейшего сожаления у меня по этому поводу. Он был обязан не допустить подобного исхода. Он не имел никакого права переложить ответственность за страну, за галактику на неё. На её хрупкие плечи и слишком чистую душу... Это его была его работа!!!

Температура резко стала нарастать. Сменили уже несколько комплектов мебели в кабинете, — просто потому, что так требует должность, так бы я предпочёл вообще не просыпаться… Я понял, что ещё чуть-чуть и опять всё сожгу до тла. Опять менять. Тихо.

Владлен, доковыляв до стула, что стоял прямо напротив меня и рядом с ведром коньяка, в котором плавал непросыхающий днями Василий, аккуратно поставил трость рядом с собой и посмотрел мне в глаза.

— Антарис! — сказал он слово, о котором, как будто я не подумал! Этот чёртов камень ни-че-го не может! Как бы я не пытался его колотить, орать, вызывать сторонних магов и стирать им память — ноль. Круглый. Пустой ноль.

Я подался вперёд, в ярости, облокотившись на локти. Хрустяшки на руках начали трещать.

— Что. Непонятного. Я. Только. Что. Сказал? — произнёс я с ненавистью, сдерживающим взрыв шёпотом, — Вали. К ЧЁРТУ! — чека снята, я загорелся.

Василий пробудился от пьяной комы.

Владлен упрямо посмотрел мне в глаза. Он не собирался сдаваться.

— Антарис, — прошипел он в ответ. Ну наконец-то чистые эмоции! А не этот театр одного актёра! — Нам поможет её вернуть.

— ВО-О-ОН! — проорал я так, что вся мебель опять начала гореть. Он думает, что я тупой что ли!? Что я буду сидеть на заднице ровно, зная, что есть малейший шанс её вернуть назад!!!

Я с легкостью поднял и перевернул свой письменный стол. Он отлетел во входную дверь, преграждая всем и вся движения. Василий, сидевший на краешке коньячного ведра, обыденно икнул.

“Да, этот стол минэ не нравился — хочу терь розовый для разнообразия жизни”, — подумала птица, которая знала, кто на самом деле виноват в ЕЁ… Слёз уже не было. Просто разбитое сердце. В том, что Иви ушла. Он заключил контракт, не понимая последствий.

Владлен, продолжал сидеть как ни в чём не бывало и смотреть на Драгфата.

“Хуже уже не будет. Может, ему и новое ведро купит Драгфат. Ведро… Не, корыто чачи! Говорят, что она посильнее будет.”