На развилке дорог. Часть 2

Терпкий сизо-голубой табачный дым, перемешивая в своей белесой мути запах крепкого кофе, несколькими слоями висел в небольшой комнате. Высокий, с коротким ёжиком светлых волос на голове и умными глазами на волевом лице, молодой человек вытащил из опустошённой пачки предпоследнюю сигарету. Брызнуло искрами колёсико бензиновой зажигалки. Курильщик глубоко затянулся и выпустил в потолок густую порцию дыма. Старые сизые слои, висевшие многоярусным облаком над полом, пришли в движение, родив своими вихрями странные, причудливые картины из полупрозрачных теней на освещённой настольной лампой стене. Сменившаяся на экране картинка заставила тонкий монитор шумевшего кулерами компьютера исторгнуть из себя бледное зеленоватое свечение. Лицо человека, облитое пробившейся через дым зеленью, заострилось, приобрело хищные черты.

Человек сделал ещё одну затяжку и с силой затушил недокуренную сигарету о край переполненной бычками пепельницы.

— Хорош, надо выпить кофе, — скрипнули колёсики кресла. Человек оттолкнулся ногами от пола. Предмет обстановки, неся на себе хозяина, подъехал ко второму столику, на котором гордо возвышалась дорогая кофеварка. От неосторожного движения слетела на пол толстая папка, до этого мирно лежавшая на краю компьютерного стола, из-под толстого слоя бумажных листов, зажатых пластиковой обложкой, брызнули фотографии. — Растяпа…

Ткнув на пахнущем кофейными зёрнами агрегате кнопку, человек легким, текучим движением встал с кресла и собрал с полу разлетевшиеся по комнате прямоугольники цветных фотографий.

— Мать-природа не перестаёт удивлять своёй фантазией, — сказал молодой человек, рассматривая изображённого на фото мужчину. — На морду вылитый безмозглый качок, а поди ж ты… Весьма-весьма…

— Что весьма? — в проёме бесшумно отворившейся двери показался невысокий пожилой плотный мужчина. Он разительно отличался от находящегося в комнате молодого человека. Тёмные, тронутые сединой на висках и зачесанные назад длинные волосы, высокий лоб, круглое лицо, выпирающее под светлой сорочкой и зажатое брючным ремнём брюшко вошедшего говорили, что он не фанат спорта. Что объединяло его с находившимся в комнате, так это цепкий, проницательный, умный взгляд и не свойственная простым обывателям выправка и пластика движений. — А-а-а! — темноволосый гость заметил фотографию. — Кончай смолить! Ты тут что, заплывы топоров собрался устраивать? Угореть ведь можно! — закашлявшись от чада, сказал он и щёлкнул клавишей одного из десятка выключателей установленных на стене у входной двери. Дым качнулся в сторону вентиляционной решётки. — Так-то лучше, пусть проветрится. На чём остановился?

— Да всё там же, перечитываю. В голове не укладывается…

— А ты попили на мелкие полешки, чтобы между ушами входило, глядишь, и уложится, — молодой человек улыбнулся тираде пожилого напарника.

— В свое время я столько перечитал фантастики про параллельные миры, что уму непостижимо! Никогда не думал, что придётся столкнуться с ними вплотную.

— Привыкай, в нашей работе без параллельных миров сюрпризов хоть отбавляй. Иногда такое встречается — хоть стой, хоть падай. Хочешь новость?

— Хочу.

— Тебя снимают с наблюдения.

— Как? — удивлению молодого человека не было границ. — Тащ майор! — «тащ майор», в полной мере насладившись произведённым эффектом, прошёл к небольшому дивану, установленному в углу комнаты, и уселся, закинув ногу на ногу:

— Каком к верху! — майор оценивающе посмотрел на подчинённого, цыкнул сквозь зубы, качнул головой, словно бы раздумывая, говорить или нет, но приказы командования не обсуждаются. — Успокойся, ты возглавишь отдельную группу, в твое подчинение переходят люди Осадчука. На приёмку дел тебе отводится двое суток. Не подведи меня, старшой.

— Организуют только одну группу?

— Далеко пойдёшь, нет, не одну. Осадчук возглавит оперативный центр, — молодой офицер хмыкнул.

— Командование запускает «Тень»? — встав с дивана, майор пошёл на выход, у самой двери он остановился и повернулся к собеседнику:

— Командование санкционировало первую фазу операции «Спрут», но в рамках «Тени», готовься к появлению контрразведки, — и видя непонимание на лице собеседника добавил, — у контриков больше опыта в выявлении «заклятых друзей» из-за рубежа вкупе с их российскими прихвостнями. Эх, привлечь бы старичков из ОБХСС, раскрутить экономические связи Богородцева…

— Можно ещё раз? — Ярослав Копылов, школьный товарищ Керимова, дождавшись разрешающего кивка, протянул руку к диктофону. Повинуясь лёгкому прикосновению к сенсорной кнопке, прибор ожил, из динамика донёсся детский голос, что-то говорящий на незнакомом певучем языке.