На пути к сверхчеловечеству

На пути к сверхчеловечеству.

эссе экспериментальной эволюции

У ног Истины.

(переводчиками с французского по всей видимости являются Борис Маркин и Владимир Балу - авторы предисловия к этой книге, изданной в 1992 году МП "Рось" в Краснодаре, либо Дмитрий Дармодехин. Моя работа состояла в том, чтобы набить текст на компьютере, попутно исправляя ошибки, ляпы и неточности перевода, сверяясь с оригиналом, английским переводом Л. Вена и переводом Савенкова. Процент собственно моего труда в качестве переводчика исчезающе мал.

А. Стеклянников).

После того, как все рухнет,

Может быть, мы найдем ключ,

Который таится внутри.

Шри Ауробиндо.

ВВЕДЕНИЕ

Все тайны очень просты, потому что Истина проста, это самая простая вещь на свете, именно поэтому мы ее не замечаем.

В мире существует только одна Вещь, а не две, как начали замечать физики и математики, как это знает ребенок, улыбающийся набегающей на берег волне, где сама пена, кажется, выкатывается из глубины веков и сливается с великим ритмом, восстающим из старой памяти и соединяющим жизнь и страдания в одну историю, такую древнюю и такую беспредельную, что кажется, будто она существовала вечно и будто чайка уносит эту беспредельность на своем крыле. И все содержится в одной секунде, все годы и все души в одной простой точке, которая блеснет на мгновение в шальной пене.

Но мы потеряли и эту точку, и эту улыбку и эту поющую секунду. И тогда нам захотелось восстановить это единство с помощью сложения 1+1+1..., как если бы набор всех возможных знаний о всех возможных точках мог дать нам точную сумму, единственную сумму, которая движет миры и заставляет петь сердце нашего забытого ребенка. Это Простота, а мы захотели подогнать ее под свои кошельки. И чем больше мы увеличивали количество наших ученых кнопок, чтобы упростить жизнь, тем дальше улетали птица и улыбка, и даже сама пена – все это было отравлено нашими расчетами. Мы даже не знаем, принадлежат ли нам наши тела, ибо наша прекрасная Машина все поглотила.

Итак, эта единственная вещь – это также единая власть, потому что то, что блестит в одной точке, блестит также во всех других точках; если это понятно, то станет понятным все остальное: в мире есть только одна власть, а не две. Даже ребенок прекрасно понимает это: он король, и он неуязвим. Но ребенок растет и забывает.

И вырастают люди, нации и цивилизации, каждая по-своему ища Великий Секрет, простой секрет: кто с помощью оружия и побед, кто с помощью медитаций, магии и красоты, религии или науки. И по правде говоря, мы точно не знаем, кто преуспел больше: строитель Акрополя, фиванский маг, астронавт с Мыса Кеннеди или цистерцианский мо­нах, потому что одни отказались от жизни, чтобы понять ее; другие приняли ее, не понимая; третьи оставили след красоты; четвертые – белый след в небе, а мы последние в этом списке – вот и все. И наше волшебство ещё не найдено.

Эта точка совсем маленькая, могущественная, все время здесь, на пляже великого мира: она сверкает для тех, кто хочет, такая же, какой она была в то время, когда мы еще не были людьми в этом подзвездном мире.

Однако некоторые народы коснулись Секрета: древние греки, возможно, владели им, а также египтяне и, конечно, Риши ведических времен. Но секреты похожи на цветы прекрасного дерева, на цветы, у которых свое время, свой скрытый период созревания и внезапное распускание. Всему свое время, свой момент даже для перемещения звезд над нашими головами – все движется согласно единому ритуалу, и точно так же – человек. Секрет, то есть знание, власть, имеет свое органическое время, и одна маленькая изолированная клетка, более развитая, чем другие, не может воплотить всю власть знания, то есть не может изменить мир, не может ускорить распускание большого дерева до тех пор, пока вся остальная эволюционная почва не будет к этому готова.

И это время пришло.

Оно пришло и зреет как почка повсюду на земле, даже если этот невидимый цветок проявляется пока как ядовитая пустула: студенты в Калькутте обезглавливают статую Ганди, рушатся прежние идеалы, ищущие умы призывают к разрушению и прибегают к помощи варваров (как было в Древнем Риме), чтобы разрушить свою собственную тюрьму; другие ищут спасения в искусственном раю – все равно какой путь, но только не этот! И Земля ухает и стонет всеми своими трещинами, всеми клетками своего огромного тела в процессе трансформации.

Так называемые «беды» нашей эпохи – это завуалированные роды, и мы не знаем, с какого конца подойти к этому. Мы перед новым эволюционным кризисом, таким же радикальным, как это, вероятно, было во время первого проявления человеческих признаков среди обезьян.