На морских дорогах

Я сидел в позе лотоса, вывернув ноги под неприятными углами и медленно, размеренно дышал, отдыхая. Подобное занятие было бы вероятно весьма к лицу какому-нибудь сяньскому мастеру боевых искусств, что голой ладонью способен дробить камни, используя стиль Пустой Руки или Бешенной Обезьяны. Обитатели западного континента почему-то со странным упорством любили запихивать в названия своих видов сверхъестественного мордобоя либо конечности, либо животных. В книгах Френалионской академии мне встречались даже упоминания среди сяньцев адептов пути Зелёной Ноги и Синих Медведей.

Однако сам я был гордым представителей народа ассонов или как нас обычно называют южане — северных варваров. И обычно мы использовали несколько другие способы вести бой, больше орудуя топорами и копьями, восславляя боевыми кличами Одина с прочими обитателями Асгарда, которые согласно легендам являются нашими предками. Правда при этом я был не совсем обычный ассон.

Во-первых мои острые, длинные уши наглядно показывали всем вокруг, что один из моих родителей принадлежал к народу эльфов. Как мне было известно, молодой отец купил мою мать на невольничьем торге, пожалев симпатичную эльфийку, которую угощали кнутом за непокорность. Я до сих пор мало знаю о их взаимоотношениях и была ли между представителями двух таких разных народов настоящая любовь. Мать умерла в родах, так никому не сказав своего истинного имени или названия Дома, к которому принадлежала. Мой отец же, Йоран Каллесон, по жизни был молчуном, способным долго и охотно говорить лишь о кузнечном деле, но судя по тому, как при мои попытках расспросить его, менялось лицо бати, по своей наложнице он до сих пор тосковал. Учитывая историю их знакомства — это наверно уже не мало.

Второй же причиной моей необычности было то, что я помнил свою прошлую жизнь в мире, что называл Землёй или Мидгардом. Мне довелось родиться в Советском союзе, отучится на инженера, пойти служить одной стране и вернуться в другую. Хлебнуть и лиха, и шальных денег в девяностые. Потерять почти всё, но остаться на плаву. Завести семью и вырастить детей. А потом откинуться во время рыбалки из-за сердца, которое решило, что тут его полномочия всё. Но к моему огромному удивлению я не заснул сном без сновидений навсегда и даже не попал ни в рай к ангелам, ни в ад к чертям.

Вместо этого я родился в длинном доме рода Каллесонов на берегу Хладного моря в посёлке Ландсби. Стадии от отрицания до принятия проскочили у меня ещё до того как получилось научиться говорить и ходить. А потом я ухватился за новую жизнь всеми конечностями. Суртур побери, я получил второй шанс! А вокруг меня был новый, невообразимый и удивительный мир. В морях здесь жили настоящие кракены и огромные змеи, к небу вздымали крылья прям «всамделишные» драконы! Здесь кроме людей обитали эльфы, гномы, орки, минотавры, ящеролюды, кошколюды, гоблины, великаны и ещё целый сонм разумных существ. А сами люди способны были творить то, что мне, как научному атеисту, всегда казалось невозможным. Используя энергию жизни мои родственники оставляли где-то далеко позади величайших земных атлетов, а с помощью маны мой несколько раз пра-прадед без всяких проблем кидался во все стороны молниями и огненными шарами. Каким нужно было бы быть идиотом, чтобы не пожелать увидеть чудеса этого мира и не научится тому, что на Земле давно стало сказкой?

И я учился, впиваясь в гранит науки зубами так, как прежде возможно не вгрызался в него ни один студент. Воинские тренировки часто длились у меня до тех пор, пока я не падал от усталости. Я читал книги по магии запоем, буквально поглощая знания. А мой сводный брат, Тормод, рвал жилы, стараясь не отставать от меня ни на шаг. Сыну законной жены нашего отца было тяжело принять, что отпрыск наложницы, к тому же полуэльф, был лучше него хоть в чём-то. Наше соперничество началось едва ли не в то время, когда мы научились ползать и с переменным успехом длится до сих пор. Наверно можно считать чудом, что мы остаёмся семьёй и не испытываем друг к другу неприязни. Возможно в ином случае он бы ненавидел меня и получал ненависть в ответ. Но однако этот упорный и несколько рисковый парень был моим любимым братом, с остальными у меня отношения просто не сложились. Всё таки взрослому мужику в теле ребёнка тяжеловато найти общий язык с обычными мелкими ребятишками.