На Черной планете

— Разве это не удивительно, Уле! Прошло всего шесть месяцев, как мы здесь, а мы уже привыкли к опасностям, к темноте, даже к одиночеству. Еще недавно, выходили только по двое, озираясь на каждом шагу. А что сейчас — обход плантаций превратился в приятную прогулку вносящую определенное разнообразие в нашу жизнь.

Уле не ответил, даже не пошевелился, но это не помешало его товарищу продолжить:

— Кажется, что окружающий мрак просачивается к нам в бункер, и мы все больше и больше привыкаем к нему. Даже не осознавая этого, уменьшаем яркость ламп. Теперь наши глаза довольствуются меньшим количеством света.

"Ко всему можно привыкнуть, но к твоим бесконечным философстваниям, едва ли", — чуть не ответил Уле.

Он слушал болтовню своего спутника, и думал. Все, о чем сейчас говорил Ассен он и сам заметил, но молчал. Очень рано они начали философствовать. Если продолжить в том же духе, что они будут делать через год, через два, через пять… через десять лет…

— Летит стая грили, — неохотно проговорил Уле. — Направляются в сторону Игоря.

— Ну, так что скажешь?

— Ничего не могу тебе сказать.

Ассен закрыл дверь в дежурную комнату.

Опять он не хочет разговаривать, этот мрачный, неразговорчивый Уле; ну и на здоровье. Почему выбрали именно его? Почему не оставили веселого, находчивого Ришара? Или — Лао. Тот, по крайней мере, всегда был внимателен. Прав ли был командир звездолета Каменски, когда говорил: "Для этого задания лучше всего подходят люди с уравновешенной, спокойной психикой, такие люди, как Уле Нордсен." Ничего, скоро вернется Игорь, с ним можно будет поболтать. А Уле, пусть целыми днями торчит в одиночестве перед приборной панелью. Скоро и он разговорится и начнет "философствовать".

Нелегкую судьбу выбрали эти трое космонавтов, согласившись остаться одни на планете, возле далекий Черной звезды, остаться здесь на долгие десять лет. Целых пять лет требовалось звездолету на то, чтобы вернуться в родную Солнечную систему. Еще столько же должно пройти, прежде чем вторая экспедиция преодолеет чудовищное расстояние в один световой год. И все это время они втроем, без помощи и поддержки, должны выжить во враждебном чужом мире Черной планеты. Да, двадцать лет своей жизни пожертвовали они для того, чтобы человечество смогло быстрее освоить эту новую планету.

— Ассен! — голос Уле, как всегда, был бесстрастным и спокойным. — Пропала связь с Игорем.

Ассен вскочил и бросился к приборной панели. Зеленый глазок приемника погас. Серый металл сейчас казалось мертвым.

— Как это случилось?

— Внезапно, неожиданно, без предупреждения.

— Вызови его на резервной волне.

— Уже пробовал. Нет сигнала.

— А танкетка?

— Она тоже не отвечает.

Ошеломленные неожиданным ударом, оба на мгновение задумались. Секунды летели, их товарищ был в опасности, возможно, даже погиб, а они ничего не делали для его спасения.

— Уле, я пойду. Нет, не возражай. Ты должен остаться здесь. Мы не можем оба покинуть бункер. Да и… кроме того — ты сейчас на дежурстве.

Конечно, он должен идти один. Они на самом деле не могли оставить бункер без человека.

Минута ушла на то, чтобы одеть скафандр, тридцать секунд на шлюзовую камеру, еще столько же, чтобы подготовить большой бронированный вездеход… Время бежало неудержимо.

Ассен включил автоматическое управление, настроил его на луч, которым Уле задал направление, и нажал на клавишу "Полный вперед". Вездеход бесшумно помчался к тому месту, где последний раз был зафиксирован радиосигнал от Игоря. Это была совершенная машина, которая могла не только передвигаться по самым непроходимым болотам и трясинам, летать и плавать, но даже двигаться под водой. В ней человек чувствовал себя уверенно: мощное вооружение было готово уничтожить любого врага. Приборы ближнего и дальнего наблюдения, в том числе и в полной темноте, позволяли вездеходу самому выбрать дорогу и достичь практически любого пункта на планете.

Синеватый свет возвышавшегося над бункером маяка освещал призрачным сиянием окружающую растительность. Вскоре его свет пропал, и все утонуло в густой, вечной, непроглядной тьме. Глядя на экраны, Ассен следил за дорогой и думал.

Что могло случиться с Игорем? Они даже не успели обсудить это с Уле. Простая неисправность передатчика? Нет, это исключено. До сих пор такого не случалось. Да, и не могут одновременно быть повреждены два передатчика в скафандре и два в маленькой кибернетической разведывательной танкетке. Странно, что и она не отвечала. Вероятно, причина является общей, возможно, она связана с тем местом, где находится Игорь.