Музыка в камне. История Англии через архитектуру

Речь у нас пойдет в основном об английской аристократии, ее замках и усадьбах. Следовательно, нет смысла повествовать о псевдонаучных фантазиях на предмет эпохи неолита и бронзового века. Равно как и о кельтской Британии, столь милой сердцу современного читателя. Земляные ограждения на склонах холмов и частоколы на островах посреди болот не могут считаться предшественниками средневековых крепостей и маноров.

Правда, историки полагают, что у кельтов существовали начатки сословного устройства общества, разделенного на военную аристократию и крестьян, занимавшихся сельским хозяйством: Но римляне, впервые прибывшие в Британию в I в. до н. э., наблюдали совсем иную картину. По словам консула Диона Кассия, кельтские племена обитают «на диких, безводных холмах или заброшенных и болотистых равнинах, не имея ни стен, ни городов, ни земледелия; у них нет отдельных браков, а детей воспитывают сообща… правление у них демократическое, и они склонны к воровству». Высадившийся на острове Юлий Цезарь свидетельствовал: «Жен они имеют общих на 10–12 мужчин, особенно братья и отцы с сыновьями, но дети от этих союзов считаются детьми того, кто первым сожительствовал с женщиной».

Крестьянское войско бриттов оказало слабое сопротивление римской военной машине, составленной главным образом из профессиональных воинов. К 47 г. н. э. римляне во главе с Клавдием (10–54) заняли британские земли вплоть до рек Северн на западе и Трент на севере. Хотя новообразовавшуюся провинцию возглавляли выдающиеся политические деятели, большинство административных обязанностей перекладывалось на плечи преданных людей из местных жителей. Римская знать неохотно селилась на завоеванной территории, ведь, как заметил Цицерон, расширение границ империи приносит больше славы, чем управление ею. Таким образом, мощной аристократической прослойки на острове не возникло, и римская Британия с самого начала была обречена на гибель.

Показательна в этом отношении судьба римских укреплений. Северные валы и юго-восточный пояс фортов охранялись отдельными гарнизонами. В центре же страны крепостей не существовало, ведь в них должны были проживать хозяева, способные организовать оборону вверенного им объекта. Впоследствии англосаксы высаживались в диких местах, где отсутствовали форты, а далее перед ними лежала беззащитная земля.

Кровавый мятеж Боудикки в 61 г. подстегнул римлян на новые завоевания, и к 84 г. сменяющие друг друга правители, в первую очередь Агрикола (40–93), расширили границы провинции далеко на север, где сразу же стали испытывать неудобства в связи с набегами шотландских племен. Проблема Шотландии и Уэльса могла быть решена построением крепкой военно-феодальной системы, а не громоздких оборонительных валов, возникших в правление Адриана (24—138) и Антонина Пия (86—161).

Гораздо серьезнее были укреплены города (Колчестер, Честер, Йорк), но даже здесь каменных стен оказалось недостаточно. Например, воины Боудикки легко захватили Колчестер и использовали крепость против ее же хозяев. Во второй половине II в. к стенам добавились земляные валы[1], но и те плохо защищали от недовольных кельтов. Жертвами их восстаний являлись солдаты гарнизона и новоиспеченные «патриции», разучившиеся воевать после обретения римских прав и привилегий.

Разорениям подвергались и предки английских усадеб — античные виллы, которые строились в самых живописных местах, среди первозданных лесов и вольных рек. В южных графствах археологи обнаружили следы по меньшей мере пятисот вилл. На севере их не находят дальше Йоркшира, на западе — дальше Гламоргана в Уэльсе. Виллы продолжали возводиться и после того, как опустели города, вплоть до V в. Увы, новые виллы, даже будучи хорошо укрепленными, быстро разрушались. В качестве причины этого часто указывают на недостаток внимания хозяев, одновременно владевших землями по ту сторону Ла-Манша, в Галлии. Такая точка зрения не учитывает позднейшей норманнской практики наследственной передачи родовых замков, позволяющей избежать их упадка.

Беспорядки в римской Британии удалось на время обуздать Диоклетиану (245–313), создавшему некое подобие бюрократии — гражданских чиновников (викариев), перед которыми отчитывались правители, лишившиеся руководства войсками[2]. Дальнейшему расцвету Британии под властью Констанция I (250–306) и Константина Великого (272–337) способствовали создание религиозной ауры вокруг императора, двукратное усиление военных подразделений и появление слоя зависимого крестьянства (колонов).