Мутные воды

Все имена и события в произведении

вымышлены, любые совпадения с

реальными людьми, живыми или

мертвыми, случайны.

Катеньке

Как сложно жить жизнь на чистовик

"Не дерзаю просить ни креста,

ни утешения, сердце мое Тебе отверсто.

Ты видишь мои нужды, которых я не знаю.

Зри и сотвори по милости Твоей".

Молитва Филарета Московского

Из сочинения ученика 2 «Б» класса Соколова Максима

«Я живу с папой, мамой и котом Петькой. Мой папа очень добрый. На работе он ловит преступников. А по выходным мы с ним ходим в разные места и в походы. Я очень люблю папу. Моя мама — ученый. Она работает и пишет умные книги. Ее нельзя беспокоить. Петька обычно спит. Еще у меня есть дядя Яша и тетя Злата. Дядя Яша — изобретатель. Иногда он дарит мне игрушки, которые делает сам. Тетя Злата очень красивая. Еще у меня есть дедушки и бабушки и много других родственников, но про всех долго писать. Я люблю свою семью».

Из интервью с доктором исторических наук, профессором Залесной Евгенией Савельевной.

— Кто помогал вам на вашем пути? Кого вы могли бы поблагодарить?

— Господа Бога, отца, научного руководителя, мужа и сына. И это не в порядке убывания. Просто я не знаю, кто из них сыграл в моей жизни большую роль.

Глава 1.

Звонок раздался в девять утра. Голос в трубке дрожал и запинался, и Клим разозлился: вот зачем звонить, если не можешь связно начать говорить? Десять минут назад он вернулся с дежурства и теперь как раз собирался упасть лицом в подушку и проспать как минимум до пяти вечера.

— Ничего не понял, — без всяких экивоков признался Клим и широко зевнул. По собственным ощущениям он и так уже спал на ходу, ночь выдалась беспокойная. — Кто вы? Что случилось?

— Я С-семен В-владимирович, второй рук-ководитель п-п-практики…

С Клима мгновенно слетела вся сонливость. И он снова сел на диван, на который уже почти лег.

— В-в а-анкете у Евгении Савельевны ва-аш те-ел-лефон з-записан как эк-к-к-кстренный…

— Что с Женей?

В трубке сдавленно охнули. Клим все-таки выругался сквозь зубы шепотом. Не тот тон.

— Семен Владимирович, — позвал он, — говорите дальше.

В телефоне послышалось испуганное сопение, но потом звонивший собрался.

— Евгения С-савельевна плох-хо чувст-т-твовала с-себя вечером, а с-сегод-дня ут-тром… о-она…

Клим почувствовал, что сейчас взвоет, но невероятным усилием сдержался. Говоривший тоже, видимо, сумел взять себя в руки, потому что все-таки закончил:

— Она н-не п-проснулась с утр-ра. М-мне п-позвон-нила х-хоз-зяйка д-дома, г-где о-она ж-живет... М-мы не с-смог-гли ее раз-збудить. Мы в-вызвали скорую… Д-диагноза пока нет, н-но…

— Телефон! — потребовал Клим.

— Т-телеф-фон к-кого?

— Больницы.

— Д-да, к-конечно… С-сейчас…

На тумбочке за диваном лежали блокнот и ручка. Клим нашел чистую страницу и записал все, что ему продиктовали.

— Это ваш номер? — спросил он. — Я могу на него звонить?

— Д-да, к-конечно.

— Я перезвоню, когда возьму билеты, — пообещал Клим.

— П-подождите… В-вы п-прилет-тите?

— Да.

И положил трубку. Проверил входящие. Ничего нового с вечера там не появилось. Последнее сообщение от Жени было прочитано еще вчера. «День был сложный, я устала. Не хочу говорить. Давай созвонимся завтра».

Созвонились, блин…

Сон отменялся. Клим встал с дивана и пошел в ванную. По пути заглянул в комнату к сыну. Тот все еще спал, скинув с себя одеяло и разметавшись по кровати. Наверняка до утра просидел за компьютером, пользуясь тем, что дома он один...

Клим прикрыл дверь. В ванной умылся холодной водой, затем отправился на кухню. Включил кофеварку и открыл ноутбук.

Так, билеты.

Женина экспедиция базировалась в селе Оленёк в Якутии. Прямых рейсов до нужного места не существовало. Ближайшие только с пересадкой через Якутск. Времени займет — ужас. И стоит все как паровоз.

На работе придется взять несколько отгулов или отпуск, но это ладно. Вот бы зеркалом — туда-сюда в два счета. Но по личным обстоятельствам ему путь никто прокладывать не станет. Да и как он это объяснит тому же Семену Владимировичу? И местным властям, если вдруг что. Черт…

Кофе сварился. Клим налил себе полкружки, разбавил горячей водой. Сделал глоток, обжегся, проигнорировал это и взял в руки телефон. Повертел в пальцах. А потом решился на то, чего никогда бы не сделал для себя.

— Яш, — сказал он, когда брат взял трубку. — Мне деньги нужны. Срочно.

— Макс, — позвал Клим и тронул сына за плечо. — Максим, проснись.

Максим заворочался, сморщился во сне, махнул рукой и повернулся на другой бок.

— Макс, подъем! — гаркнул Клим.

Некогда ему сейчас было разводить церемонии. И по ночам нужно спать, а не играть!

Сын подлетел на кровати, словно его облили ледяной водой.

— Пап, ты чо? — сонно изумился он.