Моя Ева

– Останься, – шепчу.

Он слегка отстраняется и впивается в мое лицо пронзительным взглядом. А я не отвожу свой, наверное, впервые за все время нашего знакомства.

– Побудь со мной еще немножко.

Не пущу. Держу крепко, обвиваюсь вокруг него, словно маленькое растение в поисках надежной опоры. Хочу добраться туда, где солнце и тепло.

Подари мне теплоту, ведь тебе все по плечу. Чего тебе стоит?

Улыбаюсь. Немножко смущаюсь от нашей близости, ведь он все еще во мне, такой сильный и красивый.

Он переворачивается на бок, увлекая за собой.

– И что же мне с тобой теперь делать, Ева-а?

Я люблю, как он произносит мое имя своим хриплым, бархатным голосом, немного растягивая его, будто пробует на вкус.

– А что бы ты хотел со мной сделать?

Он прикрывает на секунду глаза и ложится на спину. Затем спустя несколько мгновений встает и направляется в сторону ванной.

 Мой вопрос остается без ответа.

– Я в душ.

Смотрю вслед удаляющемуся мужчине. Он прекрасен.

Крепкие мышцы перекатываются, словно тугие канаты под гладкой кожей. Высок, грациозен, словно дикая пантера, и только что занимался со мной любовью.

М-м-м…

Откидываюсь на мягкие подушки, продолжая счастливо улыбаться. Это самое… самое прекрасное из всего, что произошло в моей жизни. Ощущения, которые он мне дарил на протяжении всей ночи, ни с чем не сравнить. Как бы не сложились наши будущие взаимоотношения, уверена, что никогда не пожалею о содеянном. Мне все равно, что будет завтра, я всего лишь хочу, чтобы эта ночь осталась в моей памяти как нечто невероятное и сказочное.

Ярко, остро, самозабвенно, горячо, нежно, дерзко, медленно, быстро – мы занимались любовью по-разному, и каждый раз открывала для себя неведанные до сих пор ощущения. Безграничная гамма чувств накрывала волнами, а бесконечный океан эмоций возродил новую меня – лишенную стыда, ненасытную, требовательную, неугомонную.

А по-другому не может быть рядом с этим мужчиной, что вывернул мою душу наизнанку и показал мне новый мир – рай, в котором нет никого, кроме нас двоих и всепоглощающих эмоций на пределе. Как же все неоднозначно и сложно: скованность и стыдливость простой девушки в мгновение сменяется дерзостью и раскрепощенностью, а сдержанность и хладнокровие, присущие взрослому мужчине, – необузданной страстью и безудержным желанием.

Почти засыпаю под шум льющейся воды, что доносится из ванной комнаты. Измождена. Приятная усталость легкой рукой прикрывает мои веки…

Он возвращается спустя минут пять. Капельки воды скатываются по рельефной груди и торсу, темно-серое полотенце прикрывает бедра. Не глядя на меня, подходит к прикроватной тумбе и берет наручные часы. Сосредоточено заводит дорогой механизм от Патек Филиппе, чуть хмуря брови. Теперь знаю, что Добровольский всегда так делает, когда о чем-то размышляет или принимает серьезные решения.

Подоткнув простыню под мышки, подтянула колени к подбородку и обхватила их руками.

Вглядываюсь в лицо, лишенное эмоций. Передо мной снова стоит суровый мужчина, суть которого заключается в сдержанности, жесткости и хладнокровии. От нежного любовника не осталось и следа.

Он переводит на меня взгляд.

Судорожно сглатываю подступивший к горлу комок.

Пожалуйста, только не делай мне больно.

– Машина ждет внизу. Мой водитель отвезет тебя домой, – оповещает сухим голосом. Наверное, именно таким тоном отдает очередное поручение своему помощнику или секретарю.

Не знаю, как мне удалось удержать улыбку на лице.

– Да, конечно, – отвечаю сиплым голосом. – Я только соберу свои вещи… и сразу уйду.

Воскресенье – день тяжелый. Да-да, вы не ослышались. Именно воскресенье, а не понедельник. Потому что большинство людей могут позволить себе понежиться в долгожданный выходной в постели, не торопясь, выпить чашечку бодрящего кофе, затем, скорее всего, не переодевая пижаму, лечь назад в теплую постель и вальяжно переключать каналы телевизора в поисках какой-нибудь развлекательной программы.

Эх, живут же люди! Ну ничего. Будет и на моей улице праздник. Самый-пресамый настоящий праздник. Вот окончу учебу, устроюсь на нормальную работу и тоже буду проводить выходные, целых два, между прочим, в лежачем положении. А пока… Пока все это лишь мои мечты, потому что часы показывают семь часов утра и мне предстоит преодолеть длинный и весьма нелегкий день.

Семь минут, чтобы принять прохладный душ и почистить зубы, пять минут – вскипятить кофе в турке и перелить его в кружку-термос, три минуты, чтобы одеться и… Вуаля! Я готова покорять мир. Ага.

Выбегаю из подъезда, на ходу нажимаю кнопку быстрого набора на телефоне и вставляю в уши блютуз-наушники, подарок Маши, моей любимой подруги.

– Доброе утро, бабуль!

– Здравствуй, Ева. Уже проснулась?

– А то. На работу бегу. Бабуль, я вот что хотела сказать. Я сегодня не успею к тебе заскочить. Ты извини меня, родная. Напарница попросила заменить ее сегодня в ресторане, а после у меня еще ночная смена в клубе. Так что сегодня никак не получится к тебе приехать. Но завтра, после занятий, мы обязательно увидимся. Обещаю.