Монолит

— Идём, Кирилл, здесь нельзя долго задерживаться, — под маской противогаза голос Семёна звучал глухо.

Я прибавил шагу, догоняя группу. Нас было четверо. Семён. Ему было за сорок. Тронутые сединой волосы выбивались из-под маски. Следом шел Андрей. Он ровесник Семёна, но выглядел намного старше, потому что сильно сутулился. Ему было здесь совсем неуютно. Мужчина всё время кутался в куртку, надетую поверх защитного костюма, словно ему холодно. Я то и дело оборачивался и попытался поймать взгляд Андрея, но он всё время отводил глаза и смотрел себе под ноги.

— Ты как, нормально? Не устал?

Я спрашивал не из проявления заботы. На самом деле, этот худой, сгорбленный человек с запавшими глазами и постоянной виноватой улыбкой вызывал у меня непонятное раздражение. Андрей — типичный «турист». На сленге Зоны так обозначают человека неопытного, с местными особенностями незнакомого, и потому заслуживающего снисхождения.

Замыкал Гарик, он же Меломан, совсем молодой, как всегда, в наушниках. Опыта у него немного, зато удачи хоть отбавляй, а в Зоне это зачастую значит гораздо больше.

Трассу обступал рыжий лес. Искорёженные стволы усыпаны длинными, с ладонь, иголками… Но деревья тянулись к солнцу. Изуродованные радиацией, скрюченные, они продолжали жить. Дорога сохранилась отлично, лишь кое-где из трещин покрытия выбивалась трава. Если бы не асфальт, то маршрут был бы непроходим, или почти непроходим: лес слишком фонил.

Что-то блеснуло в бурой траве у самого края трассы. Я подошёл к обочине и раздвинул колючие жёсткие стебли. Датчик радиации на запястье предостерегающе запищал — больше 500 микрорентген. В траве лежала «лампочка» — артефакт полезный и довольно редкий. Маленький стеклянный цилиндр со сглаженными краями. Я тряхнул его в кулаке. «Лампочка» вспыхнула ярким ровным светом: тот будет держаться около часа, потом можно опять потрясти. Семён оглянулся на меня, буркнул только:

— Хорошая вещица.

Андрей покосился на «лампочку», но прошёл мимо ничего не сказав, а Гарика артефакт заинтересовал.

— Дай посмотреть, — протянул руку он.

Я выпустил ощутимо потеплевший цилиндрик. Игорь выдернул один из наушников и потряс лампочку возле уха тем забавным жестом, которым дети трясут коробок, чтобы услышать, как внутри перебирает лапками пойманный жучок. «Лампочка» разгорелась ещё ярче.

— Их раньше много было… — с лёгкой грустью сказал Меломан, возвращая «лампочку». Мы ускорились, догоняя остальных. Я засунул «лампочку» в сумку от противогаза. Сквозь одежду она светила слишком ярко. Есть ли у артефакта выключатель, никому не было известно.

За поворотом дорогу перегородила сосна. Повалилась она совсем недавно — иголки ещё не успели побуреть и осыпаться. Я поднёс счётчик Гейгера к сосне, и тот зловеще затрещал.

— Почти рентген в час! — крикнул я, перепрыгивая дерево. — Бегом!

— Нужно было через болота идти, — поморщился Гарик, отпихивая руками ветки, — Наглотаемся радиации…

— В болотах бы застряли дня на два, — возразил Семён. — Да и кровососов там развелось. Эта дорога проще.

— На болотах аномалии гораздо опаснее, — подумал я, — И «комариная плешь» утаскивает под воду там, где по земле можно спокойно пройти. А «электра» накрывает радиус раз в десять больше. Бросай гайку, не бросай — всё равно поджаришься.

Семён был прав. Несмотря на излишне тесное соседство с лесом, маршрут был лёгкий. Лишь дважды гайки натыкались на аномалии. Сперва искрами разрядов по дороге расползлась «электра», но мы были достаточно далеко, только защипало ступни, да резко пахнуло озоном. Во второй раз гайка начала ярко светиться и просто растворилась в воздухе. Мы потратили ещё несколько гаек прежде, чем нашли границы аномалии. Она была незнакомой: никто раньше с такой не сталкивался.

Андрей достал из кармана портативный компьютер с картой и внёс в память координаты опасного места.

— Как аномалию назовём? — спросил он, колдуя над клавиатурой.

В костюме новом костюме был хороший резонатор, и голос почти не искажался.

— Странная хрень, — предложил Гарик, вытаскивая один из наушников.

— В Зоне так можно что угодно обозвать, — возразил я.

— Можно разделить по номерам, — не желал сдаваться Гарик. — Странная хрень — один, странная хрень — два…

— «Вспышка», — хмуро буркнул Семён, швыряя очередную гайку. — Хлоп — и нет тебя. Будто в подтверждение его слов, гайка послушно вспыхнула и исчезла.

— «Вспышка» так «вспышка», — согласился Андрей, вбивая текст.

Потом эту карту можно скачать в администрации Свободного и загрузить в карманный компьютер. Вещь удобная, но доверять ему нельзя: аномалии меняются слишком быстро. Я им не пользуюсь, но молодёжь эту игрушку любит.

У «вспышки» мы задержались поменять фильтры. В патрон набралось слишком много радиоактивной пыли. Гарик кормил аномалию галькой и наблюдал, как та мгновенно сгорает. Я же достал из рюкзака питьевой шланг, прикрутил его к фляжке и сделал несколько жадных глотков. Противогаз у меня был новой модели, и в нем эта функция была предусмотрена.