Мой ребёнок от тебя

Михаил Колосов

www.kolosow.com

Мой ребёнок от тебя

– В конце концов, я мужчина!

Действительно мужчина, очень солидный и весьма привлекательный в светлом дорогом пальто сидит прямо на низеньком бетонном бордюрчике, отделяющем жиденькую газонную травку от пешеходной зоны. Пьяный наверняка. Прохожие, в основном, не замечают его, делают вид, что не замечают. Вечером на одной из центральных улиц Москвы светло как днём, и людно как днём. Кое-кто глазеет, на ходу повернув голову, пока не потеряет из виду этого чудно́го дядечку. Другие останавливаются маленькими группками на приличном расстоянии, кто-то молчит, кто-то отпускает обыкновенные для такого случая комментарии.

Ната тоже издалека его заметила, и она бы прошла мимо, если бы не… Мужчина размахнулся и со всей силой бросил что-то в толпу. Ната почувствовала тупой удар в области живота, не очень болезненный. Она мгновенно, бездумно вовсе, прижала к себе руки, и в них оказался мобильник. Очень дорогой. Айфон, кажется, или айпод. У Наты нет такого, она не разбирается. Если бы не поймала – разбился бы вдребезги об асфальт. А мужчина выкрикивает со всё большим надрывом, обращаясь явно не к присутствующим:

– Вот так! Понятно? И не собираюсь ждать у окошка сутки напролёт! Это мне́ должно быть некогда! Понятно?

В общем, всем, кто его сейчас слышал, было понятно, только вряд ли именно то, что в действительности переживает этот бедняга.

Наташа робко приблизилась (а что оставалось делать?), протянула ему телефон, при этом чувствуя себя ужасно неловко. Залепетала, смущаясь как девочка:

– Вот. Не разбился. В меня попал.

Мужчина взглянул на неё снизу вверх, как будто вдруг очнулся. Протрезвел мгновенно, или всё-таки не был пьяным?

– Благодарю вас. Сильно зашиб? Извините.

– Нет. Ничего. Вроде бы, плашмя ударил, не углом, чудо, что я его подхватить успела.

Несколько времени они молча смотрели в глаза друг другу. Ната уже собралась уйти, когда он попросил:

– Помоги подняться мне.

– Давайте.

– Извини, что так… нет, нет, ты просто встань покрепче, а я на тебя обопрусь.

– Вам нехорошо?

– Да, подруга, паршиво.

– Может быть, врача вызвать?

Он сардонически рассмеялся, спиртным пахнуло всё-таки.

– Если только психиатра.

Они пошли потихоньку рядом. Окружающие пялились всё меньше и меньше. В конце концов, Ната и её нечаянный спутник совершенно слились с общим людским потоком.

– Я из семьи ушёл, понимаешь? Думал, любовь настоящая, единственная на всю жизнь, ради которой можно всё бросить. Да что там семья – с женой уже давно не ладили, дети не мои, так и так ушёл бы рано или поздно. Но я бизнес сюда перевёл из Лондона, идиот. – Ната совсем притихла, обескураженная таким потоком откровенности. – До абсурда доходит. Позабыт-позаброшен. Разве я не понимаю, что значит жить своим делом, гореть на работе и тому подобное, но когда… – Он осекся. – Слушай, пошли, посидим где-нибудь? Я на сегодня мужчина свободный. И вообще, может быть, насовсем освобожусь. Ты, я понимаю, тоже не замужем.

– Так очевидно?

– Извини, но да, видно по тебе.

***

Будильник прозвенел в шесть часов. Я не думала, что люди подобные Виктору, встают в такую рань. Он пошевелился, дотронулся до меня, промямлил сонно:

– Ты дома?

Я поняла, что это не ко мне относится и промолчала.

– Дуешься? – Немного более твердо продолжил Виктор. И тут он очнулся, от того ли, что провёл рукой по моему бедру и распознал подмену, или просто, вспомнив вечерние события. Он вздохнул, не скрывая разочарования. Красноречивый вздох этот ясно говорил: «А, это ты. Я забыл совсем. Дорого дал бы, если б на твоём месте сейчас оказалась та, кого я люблю». Я не менее красноречиво (надеюсь) встала, собрала свои вещи в охапку и отправилась в ванную.

Вот всё и кончено. Или наоборот? Тут всё и началось? Теперь я не девственница. Не старая дева больше. Хихикнула нервно. Больше не дева? Больше не старая? Конечно, нелепость в тридцать семь лет впервые познать мужчину.