Мой дедушка Питер Пен

Когда происходят такие вот странные случаи, что дети пропадают из собственной комнаты, причем следы их загадочным образом обрываются на подоконнике, полиция часто подключает к работе людей из департамента магических преступлений.

— Следов борьбы не наблюдается, — рассказывал полицейский детектив Литтл, — никто из соседей не слышал ни криков, ни шума, все крепко спали, хотя, впрочем, окна этой комнаты выходят в сад, как вы должно быть заметили, и не просматриваются с улицы. Вот здесь, посмотрите, — детектив склонился к подоконнику, — следы босых детских ног… Впрочем, судить, сколько человек ходило по подоконнику довольно сложно, очень уж натоптано, но следов взрослого человека мы обнаружить не смогли, равно как и следов от обуви.

Детектив посмотрел многозначительно.

— На улице зима, знаете ли. Вряд ли злоумышленник без сильной на то необходимости решился бы путешествовать босиком…

— Намекаете, что он спустился с неба? — спросил работник из департамента магических преступлений, Артур Морроу.

Детектив пожал плечами.

— Я вам излагаю факты.

Морроу не был сильным магом, впрочем, будь он сильным магом, не прозябал бы в полицейском департаменте на подхвате у "бобби", но у него был опыт. Опыт долгий и местами даже небезынтересный. И этот опыт подсказывал ему, что очень часто самые загадочные происшествия объясняются весьма прозаично. Или же не объясняются вовсе.

— Вы говорили, в доме есть собака?

— Да, — оживился детектив, — Водолаз. Обычно собака спала в детской, но как раз в эту ночь, она была наказана и выпровожена на улицу, чем, безусловно, и воспользовался преступник.

— Попросите привести ее сюда.

Пока детектив отсутствовал, Морроу внимательно осмотрел комнату. В воздухе чувствовалось какое-то напряжение и, казалось, что в самом деле, какое-то время назад здесь присутствовала сила… Прокатилась волной — радостной и легкой как брызги шампанского, как волшебный сон, как красивая и веселая сказка, вдруг неожиданно обернувшаяся былью. Прокатилась — и исчезла. Выпорхнула в окошко… И унесла с собой детишек…

Морроу устало закрыл глаза.

Нет страха, боли, слез… разве что капелька сомнения… и все тонет в море восторга… Не вампир, совершенно точно… Кто-то из фейри? Фея? Но они очень не любят больших городов. В сельской местности похищение младенца наверняка приписали бы заскучавшей фее. А тут — почти центр города, да и дети слишком большие, чтобы заинтересовать фею… Хобгоблин? Или может быть пикси? Был случай в Стокгольме, почти идентичный, когда мальчик улетал из окна на спине своего друга, назвавшегося Карлсоном, толстого, пожилого и крайне зловредного вигта, игравшего с мальчиком в столь опасные игры, что тому только чудом удалось остаться в живых. Впрочем, никаких чудес, — мальчику просто повезло, что родители вовремя подарили ему долгожданную собаку. Щенок спугнул вигта и тот больше не возвращался. Следовало бы обязать родителей иметь в доме животных, раз уж сами настолько легкомысленны, что полагают всех таинственных и неуловимых друзей своих детишек выдуманными.

Хотя… в данном случае наличие собаки в доме никого не спасло, стоило только оставить детей без ее охраны на одну ночь и… И что? Что, Морроу, ты уже думаешь, что здесь не обошлось-таки без магии? Перестань фантазировать, вмешательство фейри в дела людей не так уж часты. По крайней мере, в том, что касается похищения детей… Этим скорее мог бы промышлять темный маг, но уж следы темной магии Морроу почувствовал бы сразу, как только вошел бы в эту комнату, и не было бы сомнений и этого странного чувства, от которого сладко сосет под ложечкой… Ожившая сказка… Чудо…

Морроу с трудом перевел дух, отгоняя наваждение и с силой потер виски.

Все было бы слишком просто, если бы эту почти неуловимую волшебную силу, след которой до сих пор витает в комнате, можно было бы с уверенностью назвать посторонней. Спонтанные выбросы стихийной силы очень часты у детей, даже если они совсем не наделены магическими способностями, — когда они играют, слушают сказки или видят сны. Всплеск эмоций, и вот уже сила ветерком проносится по комнате и тонкая грань между мирами становится еще тоньше и из темноты является нечто… или некто… и начинают твориться странные вещи, разобраться в которых бывает ох как не легко. Если бы дети так искренне не верили в сказки, взрослым было бы жить гораздо проще. А если бы в мире вовсе не было магии, было бы совсем просто? Может быть… Может быть… Но что хорошего было бы в такой жизни?

Ну ладно, достаточно лирики. Что мы имеем здесь?

Трое детей: Девочка Венди… Неполных тринадцать лет, начало пубертатного пе-риода, когда чаще всего пробуждаются магические способности. И два мальчика Джон, десяти лет и Майкл, шести лет… Все трое исчезли прямо из своих кроваток, как были в ночных рубашках и босиком…

Это — факты. А остальное, все только домыслы и больше ничего.