Мой жаркий Марокканский роман

«— Ты будешь моей женой, богиня, — голос слишком хриплый, и его слова проникают в каждую нервную клеточку, доведя до дрожи тело.

— Разве? — издеваюсь, уворачиваясь от мужчины.

— Да. Ты проиграешь, — искусно облизывает кончиком языка мочку моего уха. Ласкает дыханием, соблазняет прикосновениями. Лучи солнца согревают нас двоих, а вода теплого моря щекочет наши обнажённые тела.

— Нет, я всегда выигрываю, — оборачиваюсь в его объятиях, обвивая шею, словно я превратилась в лозу. Смотрю пристально в его карие, почти черные, глаза, полные тайн и особенной магии, которая приворожила меня в одно мгновение ока.

— Так заканчиваются твои истории в романах, богиня, — ухмыляется, хлопая меня по голой попе, затем сжимает ягодицу, оставляя легкое покалывание, которое пронзает мои нервные окончания. Вокруг тишина, и я буквально слышу наши бьющиеся сердца в унисон. Мужчина молчит, губы приподняты в хитрой улыбке. Он нарочито облизывает свои полные губы, желая скорее соединиться с моими. Я продолжаю изучать его черты лица, отмечая, насколько его глаза постоянно затуманены раздумьем.

— Да, я не люблю не счастливые финалы, — серьезно лепечу, ощущая низом живота его возбуждение.

— Тогда, итог один – ты станешь моей женой».

Наконец, поставив точку в эпилоге романа, я одним щелчком отправила файл по почте в издательство своему куратору. Конкурсная работа даст возможность мне продвинуться вперед. А главное, несколько победителей ждет самая шикарная заграничная поездка в Марокко. Таковы условия самого долгожданного флешмоба среди молодых авторов страны. И это моя мечта, которой суждено сбыться. Я это точно знаю.

Амир Хан

Я наблюдал за девушкой издалека, отмечая, какой плавной была ее походка. Темные волосы, ниспадающие за спиной, практически покрывали ее вуалью. Не мог отвести свой взгляд в сторону, нагло и жадно впился в нее – в образ настоящей богини. Ее длинное синее платье, кажется, греческого фасона, подчеркивало изгибы и тонкую талию. А потом она повернулась ко мне лицом. Я замер. Дыхание буквально сперло. Синие обворожительные глаза, по цвету волнующегося, глубокого океана. Она улыбнулась мне в ответ, и снова отвела взгляд в сторону. Девушка не одна. К ней подошли двое мужчин и еще одна девушка. Смеется. Тот крайний что-то шепнул ей на ушко, и она рассмеялась, заливая пространство в огромном помещении своим ангельским, девичьим голосом.

— Амир Хан, — меня одергивает мой помощник. Немного смутившись, я намеренно встал полубоком, чтобы образ той девушки не мешал моим неформальным переговорам. — От вас ждут пояснений, господин, — Тахир внимательно смотрит на меня, явно поняв, что я отвлекся.

Еще несколько представителей сегодняшней выставки, посвященной молодым талантам из разных стран, уставились на меня в ожидании. Глубоко вдохнув, я постарался абстрагироваться и не искать среди стольких голосов один единственный. Тот ангел завладел моими мыслями.

— Безусловно, я готов инвестировать в развитие субкультур, — мой голос суров, хотя ситуация позволяет слегка расслабиться, и получить удовольствие от мероприятия, проводимое в моем королевском крыле. — Но, также, хотелось бы понимать, насколько это выгодно моей стране.

— О, Амир Хан, — встревает женщина, совершенно не знающая ничего о наших традициях. Тахир напрягся, но я спокойно кивнул, чтобы он не тушевал зря. Иностранцам порой можно спустить такую линию поведения. Женщина совершенно не заметила нашего зрительного диалога и продолжила: — Наше издательство в России набирает обороты. На данный момент мы набираем молодых авторов, в которых видим перспективу. И несколько счастливчиков уже здесь. Мы лояльно относимся к труду писателей, особенно молодых особ.

— К чему такая градация? — я был удивлен. Женщина мило улыбнулась, посмотрев на остальных мужчин, которые стояли по правую руку от меня, она продолжила:

— Мечты и вдохновение, — пожимает плечами. Я ухмыльнулся. Марокко не то место, где следует искать свои мечты, и уж тем более вдохновение.

— Прошу извинить меня, — кланяюсь, желая скорее покинуть выставку. Остальные гости притихли, проводив меня поклонами и кивками. Марокканская музыка играла тихо, а танцовщицы плавно двигали своими телами, развлекая народ. Несколько охранников сопроводили меня до выхода, и только я собрался отправиться в свои покои, услышал снова голос девушки. Замер, оглядываясь то вправо, то влево. Не мог понять, с какой стороны доносится ее тихая речь.

— Оставьте меня, — отдаю приказ охране и Тахиру, который что-то печатал в планшете. Он нахмурился, цыкнув себе под нос, затем щелкнул двумя пальцами, и охранники тут же испарились.