Мой сосед

Я натянула трикотажные штаны и быстро навертела волосы в гульку — с тех пор, как мой молодой человек, на которого я потратила, между прочим, три года своей жизни (а это могли бы быть лучшие её три года!) был послан мною далеко и безвозвратно, можно не прихорашиваться. Поэтому платья были спрятаны в шкаф, а штаны и футболки увидели свет. Упаковка от суши никак не хотела помещаться в мусорное ведро. Ругаясь на себя за то, что не вынесла его утром, я направилась до мусоропровода, но стоило открыть дверь, как в нос ударил резкий запах табака, густой и липкий. На площадке между этажами стоял незнакомый мужчина в майке с эмблемой хоккейной команды соседнего города. Он курил, глубоко затягиваясь и выпуская дым через ноздри.

— Вообще-то, здесь не курят — я кивнула на табличку с перечеркнутой сигаретой, наклеенную на стене.

Он оценивающе оглядел меня с ног до головы и усмехнулся, пустив дым в мою сторону.

— И что?

— Да ничего, — огрызнулась я и проплыла мимо него как айсберг в тумане.

— Так тебе мешает это? — спросил он, наблюдая как я пыталась утрамбовать пакет в отсек мусоропровода, а тот упорно не хотел помещаться.

— Что мешает? — переспросила я, отдуваясь от напряжения. Еще бы, в дурацком виде, в еще более дурацком положении, с гулькой на голове и мусором в мешке — ну просто супер!

— Запах сигарет, — уточнил он. Я с силой толкнула отсек, но мешок окончательно застрял. Хоккейный болельщик усмехнулся и подошел ко мне. Он ловко развязал узел и вытащил бутылку из-под подсолнечного масла. Отсек легко закрылся и мусор полетел вниз. За ним же через двадцать секунд отправилась и пустая бутылка с яркими подсолнухами на этикетке.

— Спасибо, — с облегчение выдохнула я.

— Вот видишь, а не курил бы я — и ты бы стояла тут до утра! — рассмеялся он и потушил сигаретный фильтр о перила. Я сморщилась. Он заметил и с громким смехом стал спускаться на нижний этаж. — Я переехал три дня назад, в 45-тую. Заходи, если что.

За ним захлопнулась добротная дверь, а я как дура застыла в тумане его сигарет.

На следующее утро я выходила на работу и встретила его на том же месте. Он снова курил, но уже в голубой рубашке в тонкую белую полоску, отлично сочетавшейся с цветом его глаз в утренних лучах солнца. Я поздоровалась и стала спускаться.

— С гулькой было лучше, а юбка хороша. — усмехнулся он вслед. Я оглянулась с яростью — да как он смеет?! Он затянулся и вскинул брови, будто спрашивая: “И что ты мне сделаешь?” А что я могла сделать? Никогда я так быстро не спускалась по лестнице со своего шестого этажа.

Вечером я стала перебирать крема, шампуни и маски и выбрасывать в мусорное ведро всё, чем не пользуюсь. Это было так не похоже на меня, что ведро наполнилось очень быстро. Я быстро завязала пакет и отправилась до мусоропровода. В спортивных штанах и с гулькой на голове. Открыла дверь и принюхалась. Аромат сигарет был слабым, видимо, сосед курил уже давно. Я стала медленно и бесшумно спускаться, когда щелкнула дверь на пятом этаже и появился он.

— Добрый вечер, — кивнул он. — Снова набралось? Да ты редкостная засранка, соседка!

У меня аж дыхание сперло от его наглости!

— Я хотя бы умею футболки переодевать, — внезапно ляпнула я и с грохотом захлопнула мусорный отсек. Мешок, громыхая о стенки мусоропровода, улетел вниз.

— Лучше бы ты без футболки ходила, — сально усмехнулся он.

Я стрелой влетела в свою квартиру и захлопнула дверь. Как он посмел мне такое сказать?! Вот нахал! И почему я ему это не высказала? Так бы и сказала: «Хам! Приличным женщинам такое не говорят!» И по роже бы его самодовольной съездила. Но нет, конечно, я просто, как истеричка, бросилась домой. Дура!

На следующий день была суббота, планов не было, и я решила заняться генеральной уборкой. Отмывая пол у порога, я приоткрыла дверь, но пахло лишь соседским пирогом с капустой. «Странно, — подумала я, — нет его сегодня что ли?» Активно работая руками, я стояла в интересной позе пятой точкой кверху. Пол уже блестел, а соседа всё не было. Прошло полчаса. Я протерла входную дверь, стены и присела на верхней ступеньке, краем глаза косясь на пятый этаж. Но там не было ни малейшего движения. Прошло ещё полчаса перед тем, как я смирилась, что сегодня не вдохну аромат его сигареты.

Странное дело — его нет в субботу, хотя ещё в пятницу с утра он, явно наглаженный-напомаженный, куда-то собирался. Хотя мало ли по каким делам он уходил? Может, в ЗАГС жениться шёл. Или разводиться. Или в собачий приют корм отвозил. Ну нет, туда же не в рубашках ходят, наверное. В общем, суббота выдалась очень насыщенная, но совершенно скучная, и вечером я даже взгрустнула. Позвонила подружка, та самая, из-за которой я выгнала молодого человека. Я не взяла трубку. Подумать только: она целовалась с моим парнем прямо у меня на кухне. И сколько бы они потом не оправдывались, что были пьяны и не в себе — я имею право негодовать. Я имею право их ненавидеть. И я не хочу их ни видеть, ни слышать. Обоих.