Мой сияющий тиран

Она. Поликлиника

Каждое мое утро начинается с глубокой четырехчасовой медитации, в которой не последнее место занимает иглоукалывание.

Я встаю у зеркала в полный рост, придирчиво оглядываю себя, внимательно рассматриваю тело. У меня рядовая фигура, с обычными пропорциями и внешностью. Я шатенка. Глаза карие с золотистыми вкраплениями. Именно за них мама назвала меня, Златой. Но разбираю я себя не на предмет красоты, а на предмет энергетических точек.

Очень медленно с глубоким вздохом и терпением, я втыкаю в себя мелкие стерилизованные иголки. Крошечные, размером с булавку, а иногда и того меньше. Я ввожу их легким привычным движением, размещая с учетом времени по меридианам и каналам, проникая в места, которые нужны именно сегодня с учетом сделанного вчера и ранее.

Иногда практикую прижигания, иногда каменные иглы, такие необычные и древние, что, кажется, подобными только пускать по воде блины. Но нет. Они нужны для важной задачи. Защитить себя, сделать энергетически невидимой и таким образом обезопасить жизнь. Так как я все еще переживаю, что нас могут найти.

Когда дело сделано, я приступаю ко второй части утреннего ритуала, я начинаю практиковать. Ряд трехчасовых движений, за которыми обычный человек ничего не увидит и не почувствует, но тот кто потратил на практику с Ци годы и имеет внутреннее зрение, ему видно многое.

Затем я снимаю с себя иголки, обрабатываю мелкие ранки, и завтракаю, приготовленным мамой завтраком. Собираюсь на работу с чувством внутреннего напряжения до тех пор, пока снова не окажусь в безопасных стенах дома, что мы снимаем. Маленькая двухкомнатная квартирка, в старом панельном доме. Большего без привлечения внимания мы себе позволить не можем.

Я предпочитаю идти на работу пешком, завернувшись в шарф по самые глаза, и всегда одеваю темные очки, так, чтобы уличная видеокамера или беспилотные модули не смогли занести мое лицо в базу данных, отследить маршрут. Никогда не езжу без острой необходимости на общественном транспорте, тем более в метро. К тому же это единственная возможность, когда я могу собраться с мыслями перед долгим и тяжелым днем, а может быть и последующим вечерним дежурством.

Утро в больнице начинается с обхода. Я иду по больничным палатам, осматриваю пациенток и обдумываю, чем могу помочь беднягам. У каждой из них глубокое биполярное расстройство так или иначе связанное с личностными особенностями. У каждой из них тоска и меланхолия перемежающаяся с затяжной депрессией. И почти все, без сторонней помощи, умрут. Каждую из них жаль.

Они слоняются, смотрят на мир пустыми глазами или в одну точку, и все их разговоры лишь об одном. О сексе. Все они побывали в постели арктиков. И что самое странное, почти все они девственницы.

Когда арктики появились в нашем мире, случился экономический коллапс. Их было много. Они пришли к нам, через открытый нами же портал. Тогда появилась технология раскопок во льдах, и мы сами откопали для них, растопили льды, где стоит до сих пор единственная и ни чем не разрушаемая портальная арка в мир Арктиков. Куда они по их словам совершили переход тысячелетия назад, чтобы обрести бессмертие.

Не готовы мы были к вторжению чужих, объявивших себя нашими предками. И хуже того, настолько хорошо владеющими необычными способностями, типа телепатии, телекинеза, и многими другими, да к тому бессмертные. Их технологии были настолько совершенней наших… Война окончилась за пять дней. Попробуй воевать, когда собственные же снаряды разворачиваются в твою сторону, а убийцы убивают сами себя. Это случилось много лет назад. И с тех пор, свободные от арктиков люди живут в Австралии. На последнем материке планеты, где нам разрешили жить, и где мир под контролем людей.

Трудно сказать люди ли теперь арктики, хотя внешне они на нас очень похожи. Но только выглядят они совершенными. Двухметровые, атлетические, они вечно молодые, с идеальными пропорциями лиц и фигур, не могут не вызывать эстетического восхищения.

И хотя они проповедуют, что прибыли с миром, а мир и в самом деле наступил на их территориях, исчезла бедность и голод. И самое главное войны. Они стали неофициальными новыми Богами. Я никогда не поверю, что жесткая иерархия и страх могут стать залогом мира. К тому же я каждый божий день смотрю в лица практически девочкам, которые зачастую младше меня, и вижу в них бездонную пропасть. В их юных глазах из глубины на меня смотрит смерть. И думаю о том, что на месте каждой могла бы оказаться я.

Человечество предпочитает не замечать этих несчастных жертв. Всегда же были жертвы девственниц богам. В мифах и легендах, всегда были те, кому нужны чистые души. И мне страшно. Страшно за свою жизнь, за жизнь моей мамы.

Арктики прибыли без своих жен и детей. Их попросту у них не нет. Нам не известны причины, но известен факт, арктики очень любят земных женщин. Только вот мы не совместимы.

– Злата, там, в приемной девушка, срочно, – окликнула меня Татьяна Савская, пробегая мимо в том же направлении.