Мой напарник - хакер

– Алья, прости, я опаздываю, – покаянно произнесла Маринетт в трубку. Сегодня они договорились встретиться с Альей и Нино в кафе, вспомнить школьные годы, а заодно отметить годовщину друзей (хотя по тому, сколько раз они сходились и расходились, «годовщину» можно было отмечать каждый месяц). Перед встречей Маринетт собиралась купить билет на концерт – и застряла. – Тут просто дикая очередь, – пожаловалась она, стараясь не стучать зубами от холода.

Погода в Париже выдалась отвратительной для поздней весны: со вчерашнего вечера не переставая лил дождь, превращая улицы в полноценные реки. Солнце, казалось, совсем затерялось за тучами, а сильные порывы ветра пронизывали до костей. В такую погоду не то, что гулять, нос высовывать из дома не хотелось. Но именно сегодня в киоске у Монпарнасского вокзала начиналась продажа билетов на концерт Джаггеда Стоуна, и толпа фанатов вышла на улицу, несмотря на непогоду, чтобы успеть приобрести лучшие места.

С четырех утра Маринетт стояла под дождем, в тонком дождевике, оказавшись где-то в середине очереди, и пританцовывала от холода. С четырёх утра – и это с учетом того, что киоск начинал работать в половину первого дня! Несмотря на то, что Маринетт сделала предзаказ, и у неё на телефоне был записан номер, по которому она могла получить билет, она волновалась. А вдруг в компьютере произойдет сбой и её место – между прочим, у самой сцены – продадут кому-то другому? Конечно, если бы концерт устраивал любой другой певец, Маринетт даже не дернулась бы тащиться за билетом в такую рань. Но это был Джаггед Стоун! Черт возьми, Маринетт со школы его обожала, и просто не могла туда не попасть!

– Детка, ты там чечетку отбиваешь? – раздался голос Альи в трубке, и Маринетт сцепила на зубы, насколько получилось.

– Я н-нем-много зам-мерзла, – призналась она, зная, что дальше последует взрыв.

Так и случилось.

– Маринетт Дюпэн-Чэн! Если из-за этого концерта ты заболеешь, я не буду лечить тебя от простуды! – голос Альи был таким громким, что Маринетт пришлось отнести трубку от уха, а соседи по очереди разулыбались. Подруга иногда вела себя хуже мамы. Пропустив слова о том, куда Алья в случае чего засунет ей градусник, Маринетт попыталась вклиниться в монолог.

– Алья, тут всего несколько человек впереди. Я буду через полчаса. Не шуми, пожалуйста, – умоляющим тоном произнесла она.

На другом конце трубки отчетливо хмыкнули. Затем на секунду подруга отвлеклась, с кем-то разговаривая.

– Ладно, что тебе заказать? – деловым тоном поинтересовалась Алья. Похоже, им как раз принесли меню.

– То же, что и тебе. Всё, я отключаюсь. Скоро увидимся, – быстро ответила Маринетт, завершая разговор. Вожделенное окошко киоска было всё ближе, и Маринетт уже видела отображающуюся на экране монитора схему зала. Вся схема была раскрашена разными цветами, по стоимости билетов и занятости мест. Свободные места оставались разве что в самом конце зала, откуда к сцене было не подобраться, а всё остальное была сплошная бронь. С трепетом Маринетт нашла своё, отмеченное бронью место, и счастливо посмотрела на номер заказа. Впереди неё оставался всего один человек, парень в объёмном худи с низко надвинутым на лицо капюшоном, который уткнулся в телефон и что-то настойчиво объяснял кассиру. «Наверняка, не успел сделать предзаказ и теперь пытается выбить себе место», – подумала Маринетт и даже немного ему посочувствовала.

Однако парень грустным не выглядел. Получив билет и что-то насвистывая, он отошел от кассы, а Маринетт подскочила к окошку.

– Предзаказ номер ноль двадцать четыре, – оттарабанила она, вытаскивая деньги. Кассирша уставилась на неё удивлённым взглядом.

– Простите, но это место уже продано, – вежливым тоном сказала женщина.

Маринетт поплохело. Нет, это была какая-то ошибка! Ведь только что светилась бронь! Она снова посмотрела на монитор – и чётко увидела, как её забронированное место поменяло статус на «продано».

Маринетт вытащила телефон, замерзшими пальцами ввела адрес сайта, где делала предзаказ, и с удивлением уставилась на совершенно другой номер. Триста пятьдесят семь. В самом конце зала! Как такое возможно? Маринетт нахмурилась, ничего не понимая.

– Извините, тут, наверное, какая-то ошибка. У меня точно был номер ноль двадцать четыре, – почти плача, произнесла она.

– Ничем не могу помочь, – пожала плечами кассирша.

– Девушка, вы будете брать билеты или как? – зашумели позади неё, и Маринетт со вздохом приобрела оставшееся место.

Девять часов! Она простояла в очереди девять часов ради того, чтобы взять место у выхода, откуда и сцену-то плохо видно, не говоря о самом Джаггеде Стоуне. Маринетт была готова расплакаться. Но как так могло получиться? Она ведь видела, что на экране отображалась бронь. До самого последнего момента.

Пока тот парень не отошёл от киоска.