Мое пламя (СИ)

Я со злостью закрыла свой кожаный дневник, и бросила его в самый дальний угол ящика. Почему я начала вести дневник? Да черт его знает. Просто мысли, просто выплеснуть все на бумагу. Конечно, друзей то нет! В сотый раз говорю себе что проблема не во мне, но кого я обманываю, давайте серьезно! Появиться ли у вас желание познакомиться с девочкой с ног до головы одетой в темно-черную одежду, с темными тенями, ярко подведёнными черным карандашом глазами, бледной кожей, смотрящий под ноги, с наушниками в ушах? Я уверенна что большинство ответит «нет, конечно!». Если признаться честно, то я и не очень хочу иметь друзей. Я странная и я это знаю, большинство моих сверстников сейчас дружат, влюбляются, а я? А я провожу дни за уроками, чтением, музыкой. В своей обители, моей комнате, которая полностью соответствует моему имиджу. Черные обои, ладно не черные темно-синие при свете. Большая кровать опять же моего любимого черного цвета, а так же стол, кресла, ноутбук, телевизор, ковер, и прочая мебель. Каждое гребаное утро я начинаю с записи в своем дневнике, и это плохая идея. Вставать так рано, чтобы написать пару строк о том то я думаю? Все! С сегодняшнего дня пишу по вечерам. Укрывшись под теплое одеяло я глубоко вдохнула и…

— Викки ты в школу собираешься? — вот черт! Накрыв голову подушкой, я молилась чтобы она не зашла.

— Викки! — включая свет в комнате крикнула мама. Садясь на кровать, и потирая один глаз, я посмотрела на нее. Моя мама красота да и только! Черные короткие волосы, выразительные карие глаза, маленькая и миниатюрная. Она годилась мне в сестры, но никак не в матери. Моя мама настоящий активист. Всегда с улыбкой, любит шумные компании. Она стоматолог, и откуда в ней столько игривости не знает никто. От моей мамы мне достались только волосы, и то, которые с середины я перекрасила в белый. Мне тогда было тринадцать, а кличка «гот» уже отравляла жизнь, и я на всех порах помчалась в салон. Стать полной блондинкой я не хотела, поэтому покрасила только концы волос, оставив от коней до середины длины свой натуральный цвет. Спустя уже два года я настолько привыкла к этому имиджу, что по привычке подкрашивала концы когда шла подстригаться.

— Викки быстро вставай! — стягивая одеяло сказала мама.

— Ладно! — зевая по дороге, я поплелась в ванну. Ненавижу утро. Я по своей природе сова, и вставать по утрам в школу для меня проблема. Душ я всегда принимала быстро, знала что макияж убьет все время и в итоге я опоздаю. Как всегда, бледная помада для губ и черный карандаш для глаз. Мама не одобряла мой образ, но и не навязывала свое мнение. Мне досталась вся ее красота, а именно стройная фигура, и маленький рост. Единственное что я забрала у отца это глаза. Живые, ярко-зеленые глаза. Накинув бесформенную толстовку, и обтягивающие черные джинсы я спустилась к завтраку. Моя маленькая сестренка Даша, болтая ногами, уплетала хлопья. Ее золотые кудряшки, заделанные в хвостики, струились по маленьким плечикам. Я обожала сестру. Это чисто смешение отца и матери. Озорные карие глаза от мамы, светлые волосы от отца. В нашей семье пятилетняя Даша обожаема всеми. У нее особый дар, в нее влюблялись сразу, как в сирену. Лишь увидев ее все восклицали «какой прелестный ребенок!»

— Привет карапуз. — погладив ее по голове, сказала я.