Мистики, розенкрейцеры, тамплиеры в Советской России

Никитин А. Л.

Мистики, розенкрейцеры, тамплиеры в Советской России

Исследования и материалы

МОСКВА

Аграф

2000

В книгу вошли работы по истории мистических обществ и орденов - тамплиеров, масонов,

розенкрейцеров, анархо-мистиков, существовавших в 20-30-х гг. нашего века в советской России.

Опираясь на материалы следственных дел ОГПУ-НКВД и собственные разыскания, автор

рассматривает персональный состав организаций, учение и программы, символику и обрядность, а

также исторические связи мистиков XX столетия с гностиками и рыцарскими орденами

средневековья. Публикуются тексты орденских легенд, следственные документы и малоизвестные

материалы по данной теме.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Внутренняя жизнь мистических обществ и орденов, как правило, остается тайной не

только для их современников, но и для последующих поколений, а если случайно

приоткрывается, то ровно настолько, чтобы вызывать догадки и предположения, лишь

усугубляющие атмосферу таинственности. Обнародование отдельных документов, по

каким-либо причинам ускользнувшим от уничтожения посвященными, воспоминаний,

полных недомолвок, и слухов, питающих беспочвенные фантазии, - вот все, что обычно

приходится на долю исследователя. Таково положение дел на Западе и, в еще большей

степени, - в России, где до недавнего времени конец существования мистических обществ

определяли 20-ми годами XIX века, а возрожденное в начале нынешнего века масонство

рассматривали исключительно как форму политической оппозиции самодержавию.

Сейчас многое изменилось. Уже первое выборочное знакомство с делами,

хранящимися в Центральном архиве ФСБ РФ - бывшем архиве ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ,

показало наличие в 30-30-х годах нашего века в России разнообразных мистических

групп, обществ и организаций, члены которых пополняли ряды заключенных ГУЛАГа и

секретных сотрудников ОГПУ-НКВД. Как документы инквизиционных процессов в

Европе позволяют историку представить картину духовных движений, уклоняющихся, а

порою прямо альтернативных догмам господствующей церкви, так и документы архивов

коммунистической тайной полиции хранят драгоценные для историка, социолога и

религиоведа сведения о людях и их мыслях, влиявших на гораздо больший круг своих

современников, чем то можно было бы предполагать.

Появившиеся в последние время публикации документов и воспоминаний

рассказывают о существовании различных ветвей духовного масонства<1>, о теософах и

антропософах<2>, чьи легальные организации одними из первых были закрыты советской

властью, о розенкрейцерах<3> и тамплиерах<4>. Члены этих “лож”, “орденов”, групп и

обществ, носивших различные названия, часто были знакомы друг с другом, вращались в

одних и тех же кругах, встречались по службе и пользовались одними книгами и

рукописным “самиздатом”. В результате, различие между течениями оказывалось скорее

формальным, чем по существу идей, оплодотворяемых одними и теми же источниками.

Если же представить количество лиц, не получивших посвящения, однако

пользовавшихся орденской литературой и принимавших участие в различного рода

коллективных мероприятиях (легальные и полулегальные лекции, вечера, концерты и пр.),

то за всеми этими мистическими движениями придется признать достаточно серьезное

общественное значение.

Занимаясь в течение ряда лет судьбой московских тамплиеров, представлявших как бы

“головную” организацию для многих периферийных обществ и орденов России, а вместе с

тем и другими группами и орденами, которые оказывались с тамплиерами так или иначе

связаны, я мог видеть, что ни одна из этих организаций не была сколько-нибудь четким

образованием, сравнимым с организациями такого же характера в Западной Европе или

Америке.

Российские мистические “ордена” носили самодеятельный характер, не обладая

организационными связями с подобными зарубежными центрами. Если в XVIII веке

русские масонские ложи открывались с разрешения лож европейских, следивших за

точным соблюдением уставов и орденским делопроизводством (акты, дипломы, переписка

и т.п.), то в первые два десятилетия XX века и особенно в советское время мистические

образования России имели вполне автономный характер, не вступая в организационные

контакты с подобными же образованиями Старого и Нового Света.

Последнее объясняется, как мне кажется, не столько жесткостью и

всепроникновенностью политического сыска коммунистического режима в стране,

сколько невозможностью таких контактов и стремлением к ничем не контролируемой

свободе собственного духовного становления. В последнем немаловажную роль сыграли

государственные гонения на религию вообще и на духовенство и верующих в частности.

Под запретом оказалось не только отправление религиозных обрядов и сама церковь, но и

вообще духовная мысль, как таковая. Если первое в какой-то мере отвечало прежним

чаяниям образованных слоев общества, относившегося на протяжении предшествующего

столетия все более оппозиционно к официозной церкви и к духовенству, находившемуся

на положении государственных чиновников по “ведомству религиозных культов”, то

возникший в среде интеллектуальной жизни вакуум никоим образом не мог быть