Мир-кольцо. Летающие колдуны. Реликт империи

В погруженном в темноту Бейруте, в самом его сердце, в одной из многих кабин трансфера, материализовался Луи By.

Его коса тридцатисантиметровой длины блестела снежной белизной, кожа и обритая голова были желтые, а зрачки — золотые. Одет он был в голубую одежду, на которой золотом был вышит дракон. Когда Луи By материализовался, на его лице играла широкая улыбка, демонстрирующая красивые, жемчужные, вполне стандартные зубы. Он усмехался и махал рукой. Однако постепенно улыбка сползла с его лица. Лицо Луи стало словно резиновая маска, слегка обтрепанная и обвисшая. Годы давали себя знать.

Некоторое время он наблюдал кипящую вокруг него жизнь Бейрута, людей, появляющихся в кабинах неизвестно откуда, толпы пешеходов, бредущих по выключенным на ночь пешеходным дорожкам. Часы начали отбивать одиннадцать ночи. Луи By выпрямился и вышел в ожидающий его мир.

В Раште, где еще продолжалось веселье, было уже утро следующего дня, следующего после дня его рождения. Здесь, в Бейруте, было на час меньше. В ресторане под открытым небом Луи поставил всем желающим по нескольку рюмок ракии и спел вместе со всеми на арабском и всемирном языках. Около полуночи он перенесся в Будапешт.

Интересно, заметили ли уже в Раште, что он исчез с собственноручно устроенного приема? Наверное подумали, что он скрылся с какой-нибудь из женщин и появится через несколько часов. Однако Луи By исчез один, убегая от наступающей полночи и наступающего нового дня. Двадцать четыре часа — это слишком мало, чтобы отпраздновать двухсотый день рождения.

В Будапеште его ожидало вино, танцы, местные жители, считавшие его богатым туристом, и туристы, видевшие в нем состоятельного туземца. Он пил, танцевал и исчез около полуночи.

Его знакомые и приятели могут сами побеспокоиться о себе.

В Монако Луи By пошел гулять.

Воздух был теплый и чистый, и у Луи By несколько прояснилось в голове.

Он шел ярко освещенными тротуарами, прибавляя к их десятимильной скорости скорость своей ходьбы. В его голове промелькнула мысль, что в каждом городе на Земле существуют движущиеся тротуары, и все жители планеты двигаются со скоростью десять миль в час.

Эта мысль была невыносима. Она была не нова и все же невыносима. Повсюду одинаковые города: Бейрут, такой же, как Монако, как Рашт… и как Сан-Франциско… и как Токио, Лондон, Амстердам… В магазинах, вдоль которых продвигались тротуары, можно было купить везде одно и тоже. Все люди выглядели одинаково и одинаково одевались. Не американцы, не немцы, не египтяне — просто люди.

Эта унификация всей прежде разнообразной жизни была заслугой действующих три с половиной столетия трансферных кабин, которые покрывали весь мир густой сетью и обеспечивали мгновенную связь. Разница между Москвой и Сиднеем составляла долю секунды, и переход из одного города в другой стоил десять старов. За прошедшие столетия города настолько смешались в голове людей, что их названия стали реликтами далекого прошлого.

Сан-Франциско и Сан-Диего составляли северный и южный конец одного громадного, растянутого вдоль побережья города. Но многие ли из людей знали, где они в действительности находятся? Вероятно, мало.

Мысли Луи By были довольно пессимистичны, особенно если учесть, что это был его двухсотый день рождения.

Но объединение и смешение городов стало реальностью. Все это происходило на глазах Луи. Разнообразные местные, национальные особенности перемешивались сейчас в одну большую, напоминающую туманную серую пасту реальность города. Разве теперь кто-нибудь говорит на немецком, английском, французском или испанском? Каждый применяет всемирный язык. Мода изменятся сразу в целом свете одним конвульсивным мощным скачком.

Может, настала пора очередного Отлета? Один в небольшом корабле, летящем в неизвестность. Его кожа, глаза и волосы — только его, и борода, растущая как ей вздумается… И ничего общего.

— Глупость, — сказал сам себе Луи By, — ведь я только что вернулся.

Двадцать лет тому назад.

Приближалась полночь. Луи By занял свободную кабину, вложил в щель счетчика свою кредитную карточку и набрал код Севильи.

Луи By материализовался в комнате, освещенной солнечными лучами.

— Что случилось? — удивился он, зажмуривая глаза, привыкшие к темноте. Вероятно, что-то испортилось в кабине, так как в Севилье в это время не должно быть солнца. Луи By поднял было руку, чтобы попробовать еще раз, но когда он огляделся, то замер в удивлении.

Он находился в гостиничном номере, совершенно ему неизвестном. Обычный номер, и поэтому увиденное казалось еще более невероятным.