Мир №16

…Взвод медленно, организованно отступал. Взвод… всё, что осталось от полнокровной роты за неполных пятнадцать минут с момента первой атаки сил Сопротивления. И ведь никто — ни рядовые, ни генералитет, ни правительство о таком и помыслить не могли, свято, безгранично веря в собственное могущество и силы. Слишком давно был захвачен этот мир, слишком привыкли считать его своим, слишком расслабились…

Да только где они теперь? Где мудрые командиры, где окраинные гарнизоны, где вышколенная гвардия? Не выжил практически никто… — настолько внезапным, всесокрушающим, тщательно подготовленным оказался удар аборигенов, о которых некоторые, особо легкомысленные сограждане, напрочь успели позабыть… И как только эти ублюдки смогли провернуть такое? Как подготовились?

Шпионы проморгали, однозначно. Хотя… маловероятно. Это просто осатаневший от беспомощности, не оправившийся от слишком свежих утрат мозг ищет виноватых. Глупо…

Мастера слежки и подслушивания раньше не подводили никогда. Их отличительной особенностью было всегда всё доводить до нужного результата. Многие по долгу службы гибли, исчезали без вести, умирали от неизвестных болезней. Но они никогда не сдавались: прятались, сражались, проникали во все мыслимые и немыслимые места Вселенной, фанатично думая прежде всего о благе Рода. И сейчас вот не отступили, не сбежали. Как один лежат там… среди своих братьев и сестёр. Видимо, слишком глубоким, законспирированным оказался заговор.

Сейчас ошмётки некогда грозного войска, по необъяснимой причине не встречая на своём пути коварного и подлого врага, пробирались к заранее отмеченной на карте спасительной точке сбора мимо яслей. Трупы… трупы… трупики… Скорченные, валяющиеся как попало тельца десятков несмышлёнышей с незакрытыми, непонимающими, удивлёнными глазками.

Выжившие шли отворачиваясь, но запоминая… Всех запоминая, накрепко… каждого малыша, которому больше никогда не увидеть ни родителей, ни будущего.

Усталые, больные, надсадно кашляющие, полуслепые от воздействия запрещённых всеми конвенциями боевых отравляющих веществ солдаты приближались к конечному пункту назначения — тёмному, завывающему межмировым ветром, порталу.

Останавливаться никто не стал. Каждый из чудом уцелевших смело входил в неровный, странно пахнущий зев и исчезал в галактических коридорах бытия. Четвёртый мир вверх, по прибытии на место — блицкриг и обустройство на новом месте — так гласила инструкция по эвакуации, разработанная давным-давно предусмотрительными штабистами и вбитая в голову каждому, от рекрута до маршала, намертво. Спасибо им…

Последним уходил старый майор. На прощание он окинул мутным, полным ненависти взглядом то, что ещё сегодня утром было его счастливым домом и поклялся сам себе, самыми страшными словами, вернуться и отомстить. А после, тихо выматерившись, отправился вслед за своими бойцами…

Наступила тишина… И тогда один абориген громко, через защитную маску, наслаждаясь собственным величием и чувством бесстрашного победителя, сказал другому:

— Так, с этим подвалом закончили. Долбаные тараканы… Где у нас ещё по плану дезинсекция сегодня?

А в квартире № 16 алкашей Петровых, расположенной на четвёртом этаже унылой хрущёвки, начиналось вторжение…