Минус двадцать градусов по Кельвину

Ранним утром меня разбудили лучи небесного светила, дневного притом. Факт того, что оно было именно дневным и притом утром, был несколько несправедлив, но жизнь в целом не слишком справедлива, так что на этот вопиющий факт я забил. Ну и поднялся, благо зима заканчивалась, а первые теплые деньки стоит отметить.

Не обязательно пьянкой, хотя и такое возможно, но открыть мотосезон точно надо. Так что, после завтрака отправился в гараж да и расконсервировал свой байк. Традиции давать имена железкам я не имел, так что байк был именно байком или бэхой — довольно удачно подвернулась возможность приобрести в девяносто восьмом юбилейную модель R 1100. Вообще, конечно, жаль, что дойчи все дальше отходят от дорожной классики, впрочем, мой старичок тянет, да и, по слухам, выпустили недавно классический дорожник — круизер.

Ну да и черт с ними, думал я, выкатывая бэшку из гаража. Надо сделать пару кругов по МКАДу и Садовому, полюбоваться на МГУ и двигать в клуб. Работа рекламным дизайнером пусть и не приносила много денег в последнее время, но была не требовательна к месту, а балбесы в клубе, мысленно хмыкнул я, нуждаются в присмотре.

Ну и, двигая по шоссе, я в очередной раз, с некоторой иронией задумался, о том, что возникшие изначально как группы инвалидов после войны (не калек, а именно инвалидов), сборища мотоциклистов довольно быстро превратились в банды, просуществовав так почти полвека. Правда, тут надо поблагодарить янки, умудряющихся романтизировать своим голливудом свою истинную сущность — бандитов и проституток.

Впрочем, у нас, к счастью, за исключением особо отбитых и мерзких типов, рокеры бандитизмом не занимались, а скорее были этаким откатом к корням — неформалы, отдалившиеся от социума в поисках себя. Или просто для отдыха, да и компании себе подобных. Стоит отметить, довольно любопытное явление: в клубе встречаются и успешный деляга и пролетарий, причем, обоих тошнит от мира, где они живут.

Ну, а непосредственно в клубе сейчас обитает троица совсем «оторванных» ребят, уже давно за тридцать, так что приеду, сам поработаю, да и им дело подберу, думал я.

И тут, мою неспешную поездку прервала удивительная и уникальная картина: на меня летел(!) боком грузовичок с логотипом известной марки мороженого. Летел очень замедленно, но я вполне мог понять, что ни отвернуть, ни положить байк на бок я просто не успею, да и толку не будет. Так что последние доли секунды перед ударом у меня прошли в несколько истеричном веселье: рокер «Мороз» раздавленный грузовичком с мороженым. Это стильно, заключил я за мгновение перед ударом, после которого я перестал быть.

Правда столь поэтично закончиться мне не удалось: ощущения тела подсказывали, что я валяюсь на чем — то мягком, довольно прохладном, при этом не холодном. Ну и чертовски болит челюсть, что чуть не вызвало истерический гогот — представился отбитый челюстью грузовик и лежбище на груде мороженого. Но, раз уж очнулся, надо хотя бы осмотреться.

И первое, что я увидел — пасмурное небо и падающий мне на лицо снег. В мае месяце! Вот черт — те что, потеряно констатировал я. Ну ладно, я чудесным образом выжил после размазывания мороженым, что вряд ли: не та траектория и прочие моменты, но ладно, всяко бывает. Предположим, проваляться с полгода после этого неудивительно, вот только в больнице, а не на открытом воздухе. В общем, начал я воздвигать свои мощи, обретая по мере воздвижения состояние все большего и большего охреневания.

Итак, меня окружали слегка припорошенные снегом частично раздолбанные (причем свежераздолбанные!) каменные дома затрапезно — архаичного стиля. Я валялся на снегу (!), при этом ощущал легкую прохладу, а не естественный холод. Сам вид меня, меня никак не устраивал — мелкий голый (!) шкет, хорошо что хоть шкет, с некоторым облегчением подумал я. Вот же блин, а грузовичок был похоже не с мороженым, а с мороженным исэкаем, потеряно заключил я, вращая башкой.

Виды, обозреваемые от оного вращения, меня сначала не порадовали, а потом ввели в ступор. Ну, учитывая свежераздолбанность окружающей архитектуры, положим, трупы мертвых человеков были логичны. А вот антропоморфно — демоническая хрень размерами с девятиэтажку, а то и поболее, заключенная в прозрачный кристалл, логично большего размера, навела на некоторые ассоциации. Пялящийся же на меня шкет, лет десяти, в боксерах, очень уж злобно пялящийся, окончательно уверил меня, что грузовик был с мороженным исэкаем.

Потому как шкет был беловолос, не сед, а именно беловолос, черноглаз и в целом, несмотря на отсутствие человеческих черт в азиатской рисовке, все равно узнаваем. В общем, то ли я невероятный счастливчик, после падения четырехтонника отделался поехавшей крышей, то ли я реально попал, причем в мир аниме. Причем в мир, который я и не знаю — то толком, нет бы в потного какого… Хотя нет, там и без вариантов с творчеством фанатов жутковато, наверное и тут неплохо, решил я, начиная прикидывать, что мне со всем этим делать и как дальше жить.