Миллстоун

День был готов начаться. Солнце осторожно выплыло из-за гор, видневшихся вдали, и продолжило медленно подниматься вверх, рассеивая утреннюю прохладу. Лёгкий ветерок гонял пыль по асфальтовой дороге, покрытой множеством трещин. Она была так же стара, как и небольшой городок, когда-то оттянувший её от крупного шоссе, пролегавшего в десяти километрах к юго-западу. Впрочем, само поселение давно утратило прежний вид, множество раз перестраивалось и сейчас представляло из себя не самое величественное зрелище. Шоссе из него не было видно из-за цепи невысоких холмов, но временами его можно было услышать, благодаря рёву мощной техники, иногда проходившей по нему.

Именно на одном из холмов появилась и замерла чёрная точка, слегка поблёскивавшая в лучах утреннего солнца. Постояв пару минут, она продолжила свой путь по растрескавшемуся асфальту. Это был чёрный автомобиль, отполированный до блеска. Его вид лишь немного портила пыль, осевшая на боках за несколько часов пути. В остальном же он казался совершенным – длинный чёрный седан, приземистый и изящный. Несмотря на то, что в его очертаниях проглядывала агрессия, сейчас он степенно и мягко преодолевал неровности дороги, а из-под его колёс доносился лёгкий шелест. Других звуков этот автомобиль практически не издавал – разве что лёгкий гул, доносившийся из-под капота, да и тот не был слышен уже на расстоянии трёх метров. На такой машине можно было смело разъезжать ранним утром, без страха нарушить чей-нибудь покой.

С холма городок казался густым лесом, состоящим из деревянных построек, на фоне которых особенно выделялись те, что имели второй этаж. Не нужно было подъезжать близко, чтобы увидеть, что он представляет собой лишь надстройку на такой же одноэтажный домик, сделанную из подручных средств. Впрочем, почти всё здесь было сделано из такого же материала, доставленного когда-то неизвестно откуда. Людям, которые нашли здесь работу, нужно было где-то жить, и им посильно помогли в устройстве. Сейчас эта мозаика, состоящая из кусков листового железа, старых досок и кусков мебели, становилась всё более различимой. Городок хоть и медленно, но приближался.

Узкие улочки встречали не особенно гостеприимно – лёгкое и быстрое прохождение по ним колёсных транспортных средств явно не было приоритетом местных строителей. Где-то ямы были такие, что их проще было объехать через квартал, где-то посреди улицы валялась куча ещё не освоенного бросового стройматериала, которую сложно было бы преодолеть даже на гусеничном вездеходе, ну а где-то потрескавшийся асфальт упирался в те же одноэтажные дома, сколоченные между двух других для экономии досок. Всё это создавало множество препятствий, особенно при учёте того, что цель чёрного автомобиля лежала по ту сторону городка.

Рабочий день ещё не начался, но был уже близко, и на улицах можно было увидеть местных жителей. Невиданный в этих краях автомобиль, попав в их поле зрения, уже не мог сбросить с себя взгляды, иначе как исчезнув за углом. Конечно, можно было воспользоваться любопытством местных и спросить у них дорогу, но водитель переключился на первую передачу, слегка опустил ногу на акселератор и откинулся на подголовник мягкого кресла.

В конце концов, время его прибытия к пункту назначения не оговаривалось, и он сейчас мог бы только отправляться в путь. Но его любовь к ночной езде оказала решающее влияние, и поэтому он был здесь с рассветом. Вид фар, рассекающих ночную темноту, умиротворял, а пустая дорога способствовала расслаблению мыслей, и благодаря им можно было не бояться уснуть. Сознание приходило в норму, и если бы не отсутствие сна, то порядок, сейчас царивший в его голове, можно было бы назвать полным.

Единственной неприятностью было то, что он едва не пропустил нужный поворот – их было достаточно на протяжении всего пути, а почти повсеместное отсутствие указателей делало их безликими, но это место невозможно было не узнать даже в предрассветных сумерках. В этом помогла та самая цепь гор на востоке. Остановившись ненадолго и сопоставив местность со старой картой, он понял, что чуть было не проехал мимо. После, ненадолго задержавшись на холме, он понял, что всё-таки прибыл по адресу и направился дальше.

И вот сейчас это вальяжное маневрирование со скоростью чуть быстрее пешеходной было вполне сносным продолжением ночного пути. Оно осложнялось лишь необходимостью иногда разворачиваться, а иногда слишком сильно выкручивать руль, чтобы колесо не провалилось в яму – посадка машины была слишком низкой для подобных приключений.