Миллионы парсек: Ангел и демон

Ничего особенного не случилось. Сон приснился опять тот же самый… Кто-то зовет ее. Из клетки… Темное существо… Анна тут же забыла о нем. Вставать не хотелось. Ведь не радуется человек, если знает, что самое худшее впереди.

Кажется, прямо в лицо светит солнце…

Точно, так и есть… Солнечный луч щекочет ресницы. Поэтому не досмотрела сон до конца…

Анна пошевелилась, вздохнув глубоко, чтобы не выдать себя. И тут же пожалела об этом.

Немецкая овчарка семи лет отроду бросилась ее лизать, напоминая о собачьих делах. Вот так всегда, каждое утро. А потом экзамены…

А, нет, последний был вчера. Слава богу, отвязалась!

На кой черт понадобился этот биофак?! Все равно на работу по специальности черта с два устроишься. Кому нужны биологи, когда стране нужны квартиры, машины и дачи?! Тьфу на этого препода по микробиологии — откуда ей знать, с какой стати инфузории туфельки вдруг стали приклеиваться одна к другой, образуя сначала колонию, потом тело, которое вдруг ни с того ни с сего принялось дружно вышагивать строем жгутиковых отростков по кругу в чашке Петри с субстратом.

Просто так захотелось!

Но не объяснишь…

Анна усмехнулась, вспомнив еще один казус на практических занятиях по ботанике. В банке со спиртом хранились останки какого-то растения. Плавало, с корешками, с листиками, желтенькое такое. Ну и позеленело и размножилось, запивая спиртом. Жалко было на него смотреть…

Но она тут при чем?! С чего это препод решил, что она его подменила?!

А генетика?

С чего взяли, что генетический код обязательно исписан сверху донизу мудростью устройства гороха? Да, с виду цветок и горошины разные, но суть-то одна — горох! Не редиска, не майская роза…

Лорка положила лапы на грудь, уставившись прямо в лицо. Дышит, приглядываясь, не дрогнут ли ресницы. Если открыть глаза, опять начнет слюнявить. Господи, когда уж мама приедет?! И тут же одернула себя. Мать заслужила отдых, как никто другой. Еще неделя не прошла, а она уже думает, как избавиться от нежданно-негаданно свалившейся на нее взрослой жизни.

А все началось с того, что давняя мамина подруга, которая иногда забегала отдохнуть от золотой клетки (семь месяцев не такой большой срок, за который можно забыть посиделки на кухне), решила, что, наверное, хватит ждать, когда благоверный соизволит подарить мир. Не проще ли за те деньги, которыми он откупается от упреков, купить мир самой? Ей вообще начинало казаться, что он женился на ней, чтобы прикупить домашнего врача, который бы сильно переживал за его здоровье. Муж тети Марины даже предложение ей сделал в больнице, куда его привезли в предынфарктном состоянии. Из офиса. У олигархов тяжелая жизнь! А через полчаса, после предложений руки и сердца, снова был там — горел на работе! Тетя Марина так решила: пока жизнь с олигархом не закончилась, надо успеть взять от нее все, что можно. Много с олигарха не возьмешь, он не носит состояние в кармане и не складывает в тумбочку, но исполнить хоть одну мечту стало делом ее жизни.

Сказано — сделано. Умная мысль пришла и осталась. И первым делом тетя Марина предложила маме отправиться с нею, исполнив ее давнюю мечту. Все-таки одна, в чужой стране… естественно, за ее счет. Начать решили с банального маршрута. Пермь — Москва — Кипр.

Ну, правда, банально! Лучше уж сразу в Турцию! Чартерным рейсом!

После ее ехидного замечания маршрут изменили: Пермь — Екатеринбург — Дальний Восток — Япония — Филиппинские острова — Австралия.

Это для жены владельца нефтяной вышки! Ха-ха! Ну, более или менее…

За мать обрадовалась — больше, чем мать.

Жили вдвоем, с отцом мама разошлась еще в институте, сразу после ее рождения. И так и не нашла себе никого, разрываясь на трех работах. У отца давно была другая семья. Иногда встречались, но редко. Как чужие. Противно, что он все время старался избежать разговоров о том, что ее больше всего волнует. О материальном. Первое время она рассчитывала на него. А зря! Но отец всегда был эгоистом. Это и понятно, любовницам тоже требовалось содержания. Узнала об этом случайно, когда он перепутал номер и послал фривольного содержания эсемески. Сначала подумала, что отец заболел. А после, как только понял, что его разоблачили, сразу же отказался пригласить пожить на лето, на что мать очень рассчитывала.

Наверное, испугался, что проговорится…

Да она бы и не поехала! Как-никак ей недавно исполнилось восемнадцать лет, не маленькая. Все подруги уже давно потеряли девственность — поменять парня, как банку "пепси" выпить! А как ей потерять, если ложится в десять пост меридиум, встает, как в армии — в семь ант меридиум, и каждый раз, как задержится, у матери сердечный приступ?!