Межпланетный путешественник

Помещениями небезы были богаты. Квартирный кризис они переживали только один раз — 500.000 лет назад, во время контр-социалистического переворота, когда победители-везы, отчаянно уплотнив побежденных, сами разместились более чем с комфортом: каждый вез занимал по дворцу. По мере вымирания узурпаторов, искусственно — посредством чудовищных мер — разряжалась плотность остального населения. В результате — через 20–30 лунных лет острота квартирного кризиса "благополучно миновала", — как выразился везовский официоз, и с тех пор на этой планете не знали, что значит не иметь помещений для жилья.

Последняя революция, снова поставив у власти народ, дала ему возможность еще просторней расположиться в многочисленных "небоскребах" и дворцах. Но и теперь еще пустовали целые кварталы на заселенном полушарии Луны, не считая давно покинутых жилых строений внутри планеты. Андрею и Никодиму, как они ни протестовали, отвели в знак особого расположения к ним громадный трех'этажный особняк, стоявший наверху 60-этажного "небоскреба".

— Ну, что ты будем делать с ним? — растерянно вопрошали приятели, привыкшие на Земле жить в одной скромной комнатке, вполне достаточной для помещения их небольшого имущества и их самих. А тут, лишь для того, чтобы более или менее подробно ознакомиться с новой своей квартирой, потребовалось несколько дней…

Весь первый этаж занимала библиотека. Шкапы от пола до потолка были заполнены книгами — сокровищницами везовских знаний. Лунные книги совсем не походили на земные. Они скорей напоминали собой граммофонные пластинки, исчерченные с обеих сторон микроскопическими концентрическими кругами. Кайя — женщина-небез, постоянный спутник приятелей — об'яснила, как пишутся эти книги и как их можно читать.

Сходство в изготовлении земных граммофонных пластинок и лунных книг так же, как и в пользовании ими, былое полное.

Как на Земле записывают звуковые волны, в частности человеческий голос, на особой мастике, так на Луне записывают психоволны посредством аналогичного же аппарата и такой же мастики.

И звук и мысль — явление чисто материальное; и то и другое в первом случае — волнообразное колебание воздуха, во-втором — колебание более тонкой материи — эфира.

Лунный ученый, задумавши написать книгу и продумавши ее основательно, становится перед психо-фиксатором и излучает в него свои мысли. Последние фиксируются в виде линий разной глубины на пластинках.

— Таким образом, ваши книжные листы соответствуют нашим пластинкам, а несколько таких пластинок, соединенных вместе, составляют лунную книгу. Чтобы прочитать ее, достаточно взять этот прибор, — Кайя показала небольшой аппаратик с рупорной трубой, — если перевести его название на земной язык, оно будет "психафон", и вкладывать на вертящийся круг его последовательно листы-пластинки. Тогда психафон начнет излучать мысли автора книги.

— Ваши книги занимают очень много места, — сказал Никодим, оглядывая шкапы, заставленные толстыми пластинками в металлических футлярах.

— Вы ошибаетесь, — возразила Кайя, доставая с полки один футляр, имевший в толщину 2 вершка.

— Вот в этой книге, например, изложена вся история лунной жизни, начиная с эпохи зарождения первой живой клетки и почти до настоящего времени.

Она открыла футляр, и приятели вскрикнули изумленные: то, что они принимали за несколько — самое большее десяток — пластинок, заключало в себе до 3-х тысяч круглых листов. Каждый лист был тоньше папиросной бумаги и при этом отличался удивительной плотностью и крепостью.

— Они приготовлены из особого сплава, в который входит наш универсальный металл "базит", — об'яснила Кайя.

Второй этаж служил для жилья. В нем было шестнадцать комнат, каждая с своим особым назначением.

Спальня бывшего домохозяина занимала 1/4 всего этажа и отличалась крайней простотой обстановки и полной неуютностью. Посреди громадной комнаты с 10-аршинными стенами стояла миниатюрная кровать без всякого балдахина; около кровати — столик и два стула. Высоко в потолке — искусственное солнце из матового стекла; в стенах — четыре бесшумных вентилятора, постоянно работающих, и вдоль стен, до половины их высоты — декоративно переплетенные и искусно маскированные трубы отопления. И… ни одного окна!

— Нечего сказать, уютненько! — рассмеялся Андрей, узнав о назначении странной комнаты.

Кайя не поняла смеха. Тогда ей растолковали, что на земле спальные помещения, тем более когда они представляют собой единственную комнату жильца, всегда имеют окна с гардинами или занавесками, мебель, вообще обстановку, безделушки, ковры и пр., т. е. все то, что придает уют.