Между Сциллой и Харибдой (СИ)

– Ты… АНГЕЛ?!

Морщусь, как по запарке выпивший вместо сладкого вина кислый уксус:

– Миша! Только не спрашивай – где мои три пары «крыльев»: мне это уже несколько поднадоело за эту вечность. И надеюсь, что наш с тобой маленький секрет останется меж нами – а то…

Я красноречиво посмотрел вверх – через потолок на Небеса и легко щёлкнув по кончику мишкиного носа:

– «Мне мщенье и аз воздам» – как между нами – ангелами, говорится.

Ну, а что я ему ещё скажу? Что я – попаданец? Так, человек из будущего – всего лишь человек: ему можно, например – раздробить молотком по очереди пальцы и тот весьма словоохотливо расскажет всё, что знает… И что не знает – тоже весьма охотно расскажет.

А вот проделать то же самое с ангелом – далеко не каждый из смертных решится!

Лишь бы он уверовал, что это действительно ангел – а не фуфло какое лысое.

Вижу, у него много вопросов – и не только насчёт моих «ангельских крыльев», поэтому поспешно опережаю его, навсегда закрывая этот вопрос.

– …Вообще ни о чём больше не спрашивай – я и так сказал тебе, больше чем надо. Ты, вообще для чего ко мне пришёл, Миша? «Бородатые» фокусы показывать, которые я знаю с момента их изобретения?

Тот, помолчав, на удивление быстро справившись с изумлением и оторопью, собравшись с духом выпалил:

– Я хочу быть с тобой и ребятами, Серафим…

Насмешливо смотрю:

– А для чего? Просто так за компанию, что ли?

– Я хочу помогать тебе, Серафим, во всех делах – что ты задумал. И прости меня за мои сомнения в тебе…

Он опустил голову.

– Наконец слышу глас не отрока, но мужа!

Достаю из сейфа папочку, из неё лист бумаги и подаю ему:

– Вот, возьми и никогда больше – даже в предсмертном бреду не говори, что я обещаю – но не делаю.

Читает, но не понимает смысла. Возможно волнуется…

– Что, это?

– Глаза дома в стакане с водой забыл, что ли? Так же написано по-русски: «Рекомендация». Ты очень хорошо проявил себя в операции «Чужой», очень понравился нашим нижегородским чекистам в деле и, они рекомендуют тебя для прохождения учёбы и службы в «Дивизию особого назначения[1]» при ОГПУ, в Москве.

Служба в этой элитной части – это серьёзная заявка на карьеру в этой могущественной «конторе».

Я заговорщически Мишке подмигнул:

– Правда, эта дивизия ещё не создана – так кто про это знает, кроме нас с тобой, верно? Но, сперва тебе надо подрасти чуток и закончить школу. И крайне желательно – на «отлично»!

– Нам оценки не ставят – не старая школа.

– Вот это и хреново! Впрочем, человек желающий добиться в жизни какой-то цели – сам себе должен ставить оценки, а не школьный… Как вы их там меж собой называете?

– «Шкрабами».

– Вот, вот!

Чуть позже, несколько озабоченно:

– Но, сначала ещё кое-что для меня сделаешь и заодно сам кое-чему научишься… В Ульяновске и его окрестностях мне нужна своя агентурная сеть, Миша. Чтоб я сам, а не через товарища Каца знал, кто в мою сторону «ветра пущает». Причём, надо сделать так – чтоб «агенты» не подозревали о том, что они – агенты и тем более понятия не имели – на кого работают.

Тот, осторожно отбояривается от столь высокой чести:

– Серафим! Мой покойный «p`ere» считал шпионаж делом… Ээээ…

– …«Низким»? – подсказываю и предельно жёстким тоном, – вот и очутился твой «p`ere» в расстрельном овраге (и не только он!) с таким мировоззрением. А для британцев, шпионаж – «игры джентльменов»!

Вижу, внутренне соглашается, но несколько очкует:

– Серафим! Я думаю, ты сильно преувеличиваешь мои умственные способности…