Между Мраком и Светом

Лагерь у охотников за головами был таким, каким он обычно и бывает у путешествующих пешком. На себе много не утащишь — следовательно, и на привале с большим комфортом не обустроишься. Тренога из свежесрубленных жердинок для котелка над костром, да лежанки вокруг, на которые пошли ветки с ближайшей елочки. Вот и все удобства.

Сами охотники выглядели низкосортно: лохматые, потрепанные, с бандитскими физиономиями. Чудная компания. Подходящая добыча для нас с Люцифером. У одного добротная кольчуга, усиленная нагрудником и наплечниками, а меч плоховат — хороший пропил, что ли? У второго тоже кольчуга, только без усиления, латаная-перелатаная, еще хуже моей, и боевой топор. У третьего какой-то непонятный сборно-щелевой доспех, в котором только утопиться сподручно: прыгнул в воду — и с концами, а в бою он лишь помешает умереть быстро и безболезненно. Два полуторных меча воина смотрелись внушительно, однако если бы он умел владеть ими с должным мастерством, то, наверно, добыл бы себе латы поприличнее.

Признаков боевого братства или крепких товарищеских отношений в команде я не заметил, хотя наблюдал за нею так долго, что успел узнать имена всех ее членов из их редких и скупых разговоров друг с другом. Мужика в кольчуге с накладками звали Корф; парня с топором — Чок; обеерукого бойца — Лидан. Последние двое оказались в лесу случайно: Корф подцепил их в придорожном притоне на Ревском тракте и соблазнил наградой за меня. Ее предполагалось поделить поровну между участниками предприятия, но было видно невооруженным глазом, что каждый из компаньонов не доверяет остальным и киданет их при первой возможности.

У костра троица расположилась как в трактире — без шлемов, не выставив дозорного. Засядь один из них в ветвях ближайшего дуба — и мне ни за что не удалось бы подкрасться незамеченным. А так я подобрался почти вплотную, хотя мой навык маскировки, даже после вливания в него ста очков Дарований, не заслужил похвал Люцифера. Однако конь без споров рассказал о наилучших подходах к лагерю.

— Надо ведь с чего-то начинать, — печально вздохнул он, провожая меня на разведку как в последний путь. — Погибнем — значит, погибнем; не думай, что я тебя брошу. Хватит того, что Этьен де Гурфье встретил смерть без меня. С тобою так не случится. Помолись и иди — положимся на волю богов.

— Кончай панихиду, — ответил я мысленно, чтоб поменьше шуметь: лагерь был близко. — Если они тебя не заметили, когда ты проходил мимо, то как заметят меня? А навыки нам улучшать надо, и уровни поднимать надо. Этих троих стоит не просто убить, а использовать как тренажер для прокачки. Разведка даст мне плюсы сразу к нескольким скиллам и позволит спланировать налет наиболее рационально.

— Да понимаю я, понимаю, — повторно вздохнул Люцифер. — Но и ты меня пойми: беспокоюсь же.

А то прямо я его не понимал! После договора со мной Люцифер сменил класс, превратившись из гужевой лошади в боевую, что для него равнялось началу новой жизни с возвращением молодости и потерянных характеристик в перспективе. Естественно, он волновался, не желая терять ни меня, ни эту перспективу.

Я нервничал не так сильно, больше озабоченный другим: как грохнуть намеченных для уничтожения прохиндеев с максимальной пользой. Прежде всего следовало подумать о Люцифере — уровень у него и так был невелик, а после смены класса еще просел, став удручающе низким даже для такого неопытного бойца и наездника, как я. Характеристики коня потихоньку деградировали с момента смерти первого хозяина, и теперь требовалось их восстанавливать. Но я же сам настраивал Люцифера верить, что мы справимся с любыми трудностями? А сейчас всего-то и нужно — провернуть дельце так, чтобы вклад моего маунта в победу оказался решающим, и система не слила успех на меня.