Мертвый источник

Когда идет дождь, все, чего хочется – сидеть у окна в кресле-качалке, попыхивать трубкой и пить глинтвейн из глиняной кружки, наслаждаясь видом на огни ночного города. Вот только у меня нет кресла-качалки, я не курю трубку, а из моего окна виден лишь задний двор бара старого Хью. Смотреть на крыс, копошащихся в кучах мусора, наваленных рядом с переполненными баками, желания никакого нет, почтовый ящик забит уведомлениями от кредиторов, и потому в дождь я предпочитаю работать.

Ну, точнее, я предпочитаю работать всегда, когда есть работа. Потому что в последнее время бывает это не так часто, как хотелось бы. И перебирать временем суток или погодными условиями не приходится.

Я зябко поежился, и глубже надвинул капюшон куртки. Зверски хотелось курить, но сигареты вымокли насквозь, до того состояния, когда в пачке оказывается лишь мокрая масса из табака и бумаги. А отходить, чтобы купить новые, я не хотел, опасаясь пропустить «клиента».

Дверь забегаловки напротив отворилась, и в этот раз это не был очередной пьянчуга, просадивший последние деньги и теперь пытающийся добраться до дома. На фоне светового квадрата, возникшего в проеме, обрисовалась стройная девичья фигурка, закутанная в непромокаемый плащ. Девушка огляделась по сторонам, переступила через лужу, натекшую в яму у входа, и быстро направилась вглубь квартала.

Выждав с полминуты, я вышел из тени и направился за ней.

В ботинках неприятно хлюпало, куртка пропиталась водой и стала на несколько фунтов тяжелее. Мокрые джинсы облепили ноги. Завтра я слягу с простудой. Как пить дать.

В принципе, я мог бы поступить по-другому. Не мокнуть на улице, дожидаясь, пока девушка выйдет из бара, зайти внутрь самому, а дальше действовать по ситуации. Или уговорить ее пойти со мной, или дождаться, пока ей надоест здесь, сидя в тепле и уюте. Но я был не уверен, что девушка там одна. Бодаться с пьяной компанией (а трезвых компаний в таких местах не бывает) в мои планы не входило, а сидеть и ждать у моря погоды возможности не было. В моем бумажнике притаилась сиротливая десятка, которой надолго бы не хватило. А просто так сидеть в подобном заведении – значит, стопроцентно привлечь к себе внимание. Так что пришлось мокнуть. Но зато мое ожидание было вознаграждено. Девушка вышла одна, и, судя по походке, была трезвой. Осталось ее нагнать, не напугав при этом, и уговорить пойти со мной.

Не знаю, какие причины заставили девицу сбежать из дома – ее родители, нанимая меня, в глубокие детали не посвятили, хоть я и настаивал. Впрочем, глядя на истеричного вида мадам в сопровождении супруга, морщившего нос так, как будто он пришел не в контору частного детектива, а на помойку, я сразу понял, что настаивать не стоит. В общем, глядя на предков девицы, я ее в чем-то даже понимал. Скорее всего, не одобрили ухажера, запретили пойти на модную тусовку или отказали в покупке новых шмоток. Золотые детки – они такие. С норовом. Но, попав в стесненные условия, они быстро становятся сговорчивыми. Думаю, ей уже надоело шататься по темным улицам. Скорее всего, мне не придется даже пускать в ход все свое обаяние, чтобы уговорить ее вернуться домой. И через пару часов все будут счастливы. Чадо вернется домой, родители перестанут глотать сердечные капли, а я получу свои деньги. Все просто.

Где-то за спиной хлопнула дверь, по мокрому асфальту зашлепали нетвердые шаги, а потом раздался крик.

– Эй, крошка! Подожди!

Дьявол! Этого еще не хватало!

– Детка, ты куда? Постой! Ведь мы только начали!

Шаги ускорились. Я обернулся через плечо и выругался под нос.

Вслед за моей клиенткой спешил здоровенный детина. Головы на две выше меня и фунтов на тридцать тяжелее. Грузчик, безработный или мелкий гангстер – по одежде не понять. Он резво ускорился, обогнал меня, и, догнав девчонку, схватил ее за плечо.

– Ты куда? Вечер только начинается!

Девчонка что-то ответила. Что именно – я не расслышал, но ее ухажеру это явно не понравилось.

– Нет, ты пойдешь со мной! – он перехватил девушку за предплечье и дернул на себя.

Тяжело вздохнув, я ускорил шаг. Черт, так ведь все хорошо начиналось! Откуда вот такие вот придурки берутся в самый неподходящий момент, скажите?

Поравнявшись с парочкой, я не стал сотрясать воздух идиотскими окриками, типа, «Эй, приятель!», «Мисс, вам помочь?» или «Убери от нее руки, ублюдок!». Я просто вытряхнул из рукава в ладонь стальную пружину, заботливо одетую в резиновую изоляцию, коротко взмахнул дубинкой и обрушил ее на затылок парня. Тот удивленно ойкнул и осел на мокрый асфальт.

Надо отдать девушке должное. Она не взвизгнула, не заорала и не бросилась бежать. Осталась стоять, как стояла, глядя на меня большими зелеными глазами. Из-под капюшона плаща выглядывала успевшая намокнуть светлая челка. В глазах девчонки не было ни удивления, ни испуга, ни, надо признать, благодарности. Она просто смотрела на меня и ждала, что будет дальше.