Мегаполис

Фантастический роман в семи частях

1) Незнакомка

Бывают такие женщины, – вроде и одеты как все, и фигура и лицо, которые тоже время от времени попадаются на глаза, – но каким-то образом, что-то смешивается в ней в нужных пропорциях, и ее походка, или то, как она стоит, не делая никаких движений, ее выражение лица, выхватывается вдруг из общей массы, заставляя учащенней забиться сердце.

Вот и теперь, Сергей, занесенный в эти края делами, наверное, в десятый раз меланхолично провел глазами по остановке "Юбилейный" и вздрогнул, сразу же выделив ее в толпе. Высокая стройная блондинка в длинной светлой термокуртке. Шейка аккуратно повязана белым шарфиком. Девушка еще ничего не сделала, ни единого жеста, ни поворота головы, ни взгляда, а он уже никого не замечал, видя только ее одну.

Сергей с трудом отвернулся – все-таки некрасиво при всех открыто смотреть на девушку. К тому же почти женатому человеку. Он с грустью вспомнил свою свадьбу, командира с Женькой, и тут же отогнал эти мысли – незачем бередить старые раны.

Замигала синяя лампочка, извещая о прибытии электропоезда. Сергей сделал шаг, готовясь к посадке – народу сегодня было особенно много, можно было и не влезть и опоздать на работу, – и замер. Что я делаю? – волнуясь, подумал он. Я же ее наверняка больше никогда не увижу, и потом каждый день буду глупо с замиранием сердца высматривать ее на остановке, мучаясь и страдая, и постепенно забывая ее образ.

И он остановился, пропуская вперед людей и краем глаза наблюдая за светлой курткой девушки.

Бесшумно подошел состав монорельса. Незнакомка, секунду поколебавшись и внимательно посмотрев на номер маршрута, нерешительно подошла к толпе у дверей.

Сергей неторопливо подошел вслед за ней, встав позади девушки, с удовольствием рассматривая с близкого расстояния ее шейку и затылок. На пороге она слегка замешкалась, и он учтиво ее подсадил, вежливо поддержав под локоток. "Спасибо", негромко произнесла она не оборачиваясь и Сергей, совсем этого не ожидающий, вздрогнул.

Прозвучал сигнал отправления, народ сзади энергично надавил, плотно прижав Сергея к блондинке, и состав тронулся, мгновенно и без толчка набирая бешеную скорость. Мужчины за спиной немного потолкались, устраиваясь поудобнее, все сильнее и сильнее прижимая его к девушке, и Сергей, вдруг с замиранием ощутив сквозь материю куртки остроту и хрупкость ее лопаток, смутился, испытывая неловкость за взаимосвязь своих мыслей и желаний и ситуации. Он попытался сменить позицию, отодвинуться от девушки, но сделать уже ничего не смог – народ стоял плотной стеной.

Девушка тоже чувствовала себя не в своей тарелке, но совсем по другой причине. Прямо перед ней стояла дама в огромной пуховой шапке. И этот пух лез блондинке в лицо, щекотя нос и забивая глаза. Девушка некоторое время отстраняла голову как могла, морщась и прикрывая веки, но ей это мало помогало. Сергей, вдруг осмелившись, неожиданно для самого себя, мягко дотронулся до ее плечика. "Развернитесь", негромко произнес он сухими губами, считая, что его шапка все-таки менее пушистая. "Вам так будет лучше". Она что-то тихо ответила, сделала попытку развернуться – чуть дернулась вправо, влево, – и осталась на месте.

Сергей, наконец, чуть сместился вбок, все более стыдясь своего положения.

К счастью, на следующей остановке, благодаря энергичным усилиям выходящих и вновь вошедших, их вдвоем оттеснили к окошку, где к тому же освободилось место, которое девушка не раздумывая и заняла, сразу как бы отгородившись от тесно прижатых друг к другу, стоявших плотной стеной пассажиров. И теперь между Сергеем и девушкой оказался плотный мужчина в шубе, который так некстати закрывал обзор, мешая Сергею получше рассмотреть лицо прекрасной незнакомки, и попытаться понять, что же все-таки в ней так его взволновало? Сергей мысленно развел руками – видать не судьба – и с чистой совестью отвернулся к окну.

Он равнодушно смотрел на гигантские кубы монолитов, на бесконечно-длинные перемычки между ними, на паутину движущихся эстакад, на одинокую тучку, время от времени цепляющую своей кромкой куда-то спешащие вагоны, и вдруг ему мучительно сильно захотелось снова увидеть незнакомку, да так, что заломило в висках и заныло в груди.