Медицинская практика среди бессмертных

Феликс Уэвер, доктор медицины, ожидал наладчика и услышал, как прозвенел звонок. Он быстро встал — вызов стоил денег.

Открыв дверь, доктор Уэвер с удовлетворением отметил, что наладчик новый. Старый не сделал ремонт так, как полагается, потому что автоповар опять сломался, а новый человек (надеюсь, у него есть семья) мог нуждаться в медицинских услугах. Когда каждому обеспечена перспектива бессмертия, никто не желал преждевременно скончаться из-за какого-нибудь поддающегося коррекции дефекта, неважно сколь отдаленной была эта перспектива.

— Опять автоповар, — сказал Уэвер.

— Как до него добраться?

— Идите за мной, — сказал Уэвер.

Уэвер жил в одном из старинных домов, потребовавшем в свое время обширной переделки. Там, где некогда была кухня, теперь находилась его медицинская лаборатория. За ней был его кабинет, переделанная берлога с двумя стульями и столом из красного дерева. В комнатку для приготовления еды можно было войти через столовую по бетонной лестнице.

Уэвер включил на лестнице свет и они спустились вниз. Наладчик скользнул по автоповару взглядом, затем вернулся за своей сумкой, которую оставил у подножия лестницы. Он открыл ее и начал распаковывать. Скоро его инструменты уже лежали рядом — измерители, тестеры, осциллограф и небольшой компьютер.

— Давайте-ка включим его и посмотрим, — сказал он.

Уэвер вынул свою деловую карточку и нервно повертел ее в руках. Клиентов следует искать всегда — такова жизнь терапевта. Можно заговорить о странных болезнях, которые можно подхватить, подышав ночным воздухом, и которые излечиваются универсальными инъекциями. Время от времени можно попробовать припугнуть эпидемией, и тогда бизнес идет неплохо неделю или две. Если номер с эпидемиями не проходит, всем можно посоветовать проходить детоксикацию не реже двух раз в год и тем самым застраховаться ведь кто знает, какие смертельно опасные вещества могут случайно оказаться в воздухе или пище. Честным бизнесом было и выписывать анальгетики и кислородные препараты для страдающих от похмелья и прочие верные, но незначительные услуги. В редких случаях удавалось обнаружить нечто, требующее хирургического вмешательства и получить с хирурга часть гонорара за направление пациента к нему. Короче, жить можно.

Уэвер помялся, переступая с ноги на ногу.

— Цены на хлеб опять подскочили, — сказал наладчик. — Все идет к тому, что рабочий человек не сможет свести концы с концами.

— Вы совершенно правы, — отозвался Уэвер. В нем начала подниматься маниакальная ярость. Убийства, хотя за них очень строго карали, все еще не исчезли. Доктор Уэвер был твердым сторонником Президента.

— Можете радоваться, дело почти что сделано. Компьютер нашел неполадку.

— В таком случае у вас останется время выпить чашечку кофе? — спросил Уэвер, зная, что ему в любом случае придется платить за полный час.

— Не откажусь, — сказал наладчик.

— Тогда мы займемся кофе, как только вы все здесь закончите, — сказал Уэвер, наклоняясь и заглядывая через плечо наладчика.

Наладчик, немного раздраженный постоянным наблюдением, прервал работу и сел. — Давайте я вам расскажу, что сейчас делаю, — сказал он. — Видите ли6 ваш повар подключен к кладовой, где хранятся замороженные продукты, а вот здесь расположен небольшой выключатель, который должен срабатывать, когда продукты соскальзывают по этому лотку. Так вот, этот маленький выключатель вызвал крупные неприятности в…

«Разбуди меня, когда закончишь.»

— …неприятности, я говорю, в дальнейшем, потому что операция весьма сложная. Вы должны представлять, что аппарат должен поддерживать различные уровни нагрева в различных местах, если вы хотите, чтобы пища оказалась готова в одно и то же время.

— Я это понял, сказал Уэвер, — но мне действительно необходимо вас покинуть. — Он быстро вышел. Если человека достаточно разозлить, он станет ходить вслед за ним по всему дому и объяснять, как действует аппаратура. Известно, что наладчики такое проделывали.

Доктор Уэвер ожидал его в лаборатории — там, где была кухня в те времена, когда пищу готовили вручную. Все ее содержимое было передано ему после окончания медицинского училища — при заработках, возможных в его практике, ему потребовались бы десять жизней, чтобы оплатить все необходимое. Разумеется, он не умел чинить крупные поломки — это была работа для инженеров, которые обучались на несколько лет дольше, чем он. Человеческое тело, если говорить откровенно, гораздо менее сложно, чем многие электронные устройства. В организме человека протекает полдюжины важных химических реакций, плюс к этому может выйти из строя пара механизмов. Подобно радио, он относительно прост, самовосстанавливается и настроен на вечную работу.