Медальон с чёрным камнем

Глаз тигра 1 часть

Жёлтый кругляш с продолговатой тёмной полоской посередине, отполированный до блеска временем и ладонями своих предыдущих владельцев, лежал на дне потемневшей от времени медной шкатулки. Сверху лежали старые письма и несколько пожелтевших фотографий с весёлыми, улыбающимися молодыми парнями и девчонками в тайге, в скалах, на берегу быстрых горных рек… Дед и бабка Виталика был геологами: и познакомились в одной из экспедиций, и "конфетно-букетный период", который в их геологической специфике можно было смело назвать "сгущёнко-тушёночным" был также в экспедиции. Впрочем, как, собственно, и почти вся жизнь Александра и Галины до самой старости. С коротким перерывом на рождение сына Сергея, Виталькиного отца. Тот, выросший в деревне у родителей отца, дедушки и бабушки, и видавший мамку с папкой только в коротких перерывах между экспедициями, по их стопам не пошёл. Выучился на горного инженера, и занимался разработкой месторождений полезных ископаемых. Хотя любовь к природе, к её дикой красоте, впитал, как говорится с материнским молоком. А Виталик, наслушавшись в детстве чудесных рассказов объездивших пол-страны деда и бабки, проникся романтикой бродячей таёжной жизни, и захотел непременно увидеть всё своими глазами, когда вырастет… Под наставлением деда в летние каникулы Виталя закалялся, зарядка каждый день, спорт, ориентирование в лесу, умение обустроить походный лагерь, разжечь костёр с одной спички и прочие премудрости он с удовольствием впитывал, как впитывает сухая губка долгожданную влагу. И дед всегда разговаривал с ним, как со взрослым, что особенно нравилось Виталику. Однажды дед поведал ему удивительную историю. Геологоразведка по золоту в бассейне реки Подкаменная Тунгуска в тот год завершалась гораздо раньше намеченного срока из-за резкого похолодания и обильных снегопадов. Зима пришла во второй половине октября, и сразу же показала свой суровый сибирский нрав. Геологи не успели до конца пройти намеченный маршрут, и настроение было невесёлым. Материал, который они успели собрать, был небогат, и руководство, опасаясь нагоняя сверху, медлило с сигналом к возвращению… Но против природы, как говорится, не попрёшь, и пришлось ребятам возвращаться на базу. Утром следующего дня им предстоял обратный путь. Закалённые в походах, они имели характер победителей и отменное здоровье. Нимало не пугались трудностей, и досадовали лишь на то, что не успели выполнить план. Сашка ерепенился больше всех! У начальника группы он выканжил разрешение подняться на пару-тройку километров от лагеря вверх по речушке, чтобы там взять еще пробы материала. Тот, не первый год зная упрямца Сашку, только рукой махнул:

– Двигай! Но чтобы до темноты вернулся в лагерь! Понятно?

– Понятно, Иваныч! До темноты буду обратно как штык! – Саня подхватил инструмент и споро побежал в обозначенном направлении. Километрах в трёх от лагеря он уже приступил к забору образцов, но его чуткое ухо опытного таёжника вдруг уловило необычный звук. То ли жалобный скрип старого дерева, то ли чей-то стон… Недолго думая, Саня, мгновенно весь обратившийся в слух, ринулся к месту появления звука. Каково же было его удивление, когда поднявшись по склону берега метров на тридцать, среди камней он увидел вход в небольшую пещерку, а в ней лежащего на куче елового лапника древнего старика-эвенка. Старик был очень слаб, и дрожащей рукой махнул Сашке – присядь, мол! Тот подчинился. И напоил старого чаем из фляги, хотел и покормить, да старик от еды оказался наотрез:

– Бойё, я пришёл сюда умереть. Близок мой час. Я последний в роду, и прожил долгую жизнь… На, возьми этот камень! Теперь он будет служить тебе… – и с этими словами старик вложил в руку Сашке круглый "глаз тигра", показавшийся ему очень тёплым, едва ли не горячим! Старик улыбнулся измождённой улыбкой, и устало прикрыл глаза:

– Бойё, камень принял тебя… А теперь уходи…

2 часть