Меч для Кащея, или Три дороги к Поклон-горе

Синякин Сергей Николаевич

Меч для Кащея или три дороги к Поклон-горе

Фанто-фольклорная повесть

I. ЗАЩИТНИКИ

От опавшего яблоневого цвета казалось, что земля в саду покрыта снегом.

У белокаменной стены прогуливался уныло напевающий стражник. Стражник маялся от жары, вольно распустил кафтан и все пытался найти какую-либо тень.

В резной беседке кидали кости богатыри. Могучий чернобородый богатырь зажал кости для броска в широкой ладони. Другой полулежал на скамье, оглаживая окладистую русую бороду. Светлые волосы его были перевязаны кожаным ремешком. Глаза третьего - юного и стройного, одетого в роскошный кафтан и щегольские штаны, заправленные в красные сафьяновые сапоги, горели нетерпеливым азартом.

- Однако опять у меня семерка выпала!-сказал могучий богатырь, разглядывая выпавшие кости. - Плакала твоя гривна, Алешка!

- А мы другую поставим! - тряхнул волосами юный богатырь и полез в сумку с серебряными расшитиями по коже.

На стене залязгали чем-то железным. Русый богатырь глянул из-под руки и сказал:

- Стража на смену пошла! Кончать надо игру!

- Ты, Добрыня, не торопи! - возразил юный богатырь. - Еще не сумрачно и кости отлично видать!

- Зато казна твоя изрядно опустела, - насмешливо и вместе с тем добро сказал русый богатырь.

- А ты казну мою не считай! - запальчиво отрезал юный богатырь. Кидай, Илья!

Илья сгреб кости, но бросить не успел. У белокаменных княжеских палат заголосили и помчались от княжеского дома дворовые девки, а на резное крыльцо выскочила красноносая заплаканная княгиня и заревела в голос.

Добрыня приподнялся, глянул в кулак:

- Что за суматоха?

На крыльце появилась дородная.старшая кормилица в красном сарафане и кокошнике расшитом бисером. На руках у нее был розовощекий голосящий ребенок.

- Никак князь Владимир опять молодильных яблок объелся? - уверенно определил Илья и бросил кости. Он добродушно захохотал, запуская руку в бороду.

- Опять у меня семерка! - сообщил он. - Плакала, Алешка, твоя гривна!

- А мы другую поставим, - упрямо отозвался Алеша Попович и потянулся к сумке.

- Хватит забавами забавляться, - сказал Добрыня. - Воевода идет, службу загадывать будет!

А над городом сгущались сумерки, застучали сторожа в деревянные колотушки, и рыжий тать с перебитым носом крался вдоль крепостной стены с мешком, в котором что-то или кто-то сдавленно хрюкало. Над городом вставал молочный двурогий месяц, мычала вдали недоенная корова, а в воздухе пахло парным молоком, сохнущим сеном, яблоневым цветом, да горячим саманом.

А еще пахло славой ратной, пылью дорожной да богатырской кровью; а воевода сел рядом с богатырями и вздохнул горестно:

- Беда пришла, братцы, беда!

- Не о князе ль горюешь? - усмехнулся Илья. - Так то дело привычное оглянуться не успеешь, как подрастет. Не в первый раз.

- Не о том я кручинюсь, - снова вздохнул воевода. То не беда, настоящая беда приближается. Опять рраждуры повсюду набеги делают, лазутчиков своих засылают. Идет Кащей походом на Русь!

Замолчал воевода и услышали богатыри как далеко в полях воют волки, предвещая холода, голод, мор и войну.

И не знали еще богатыри, что уже собираются в гигантские стаи и навеки покидают леса птицы, что мчатся ночами по проезжим трактам испуганные олени и поселяются в опустелых лесах мохнатые пауки, оплетающие деревья липкой своей паутиной. Не знали богатыри, что колокола опустевших церквей вызванивают по ночам набат и встает уже по утрам на горизонте призрачное черное марево.

Если бы богатыри вслушались в зыбкую вечернюю тишину, то услышали бы они, как скрипят на дорогах возы беженцев, кричат грудные дети и заплаканные женщины торопят мрачных мужей.

2. ВОЛХВ

Сквозь клубящийся туман проглядывала свинцово-спокойная поверхность реки. Где-то неподалеку угрюмо гукал филин. Тишина заполнялась звуками просыпающегося дня: залаяла собака, заскрипел колодезный журавель, замычала в далеком хлеву проснувшаяся корова.

Женщина подняла руку и богатыри покорно остановились.

Женщина поднесла руки ко рту и эхо долго перекатывало над водой ее певучий крик.

Добрыня кашлянул в кулак. Женщина негодующе повернулась к богатырям и Муромец жестко ткнул товарища в бок.

Крик повторился.

Туман заколебался, расступился, пропуская человеческую фигуру в белой рубахе, словно сотканной из этого же тумана.

Появившийся был стар и сед. Он молча смотрел на богатырей.

Порывистый Попович шагнул было вперед, но Муромец рассудительно удержал его.

- Здравия тебе, Волхв! - сказал Муромец. - Пришли мы к тебе за советом да помощью.

- Знаю, - сказал старец из тумана. - Знаю какого совета вы ждете от меня, о какой беде печалитесь. Черные всадники Кащеевы снова сеют смерть на Руси. Пауки поселяются в лесах и змеи селятся в оставленных людьми избах...

- Скажи ты нам, как гада поганого в землю втоптать навеки, чтобы не поганил он Русь? - нетерпеливо выкрикнул Попович.

Где-то совсем рядом страшно завыл бродячий пес. Старый Волхв заколебался, готовый раствориться в тумане.