Маунг Джо будет жить.

По строительной площадке, взрытой гусеницами экскаваторов, разгуливали смерчики. Они подни-мали к раскаленному небу пыль, кружили в воз-духе обрывки газет, высохшие банановые листья. Буйволы, спускаясь к мутноватому пруду, спеши-ли пройти это место.

— Такие толстокожие, а тоже жары боятся,— сказал, улыбаясь, Володя Исаев своему ученику Аунг Тину.

Из-за холма, который грызли экскаваторы, вы-шел Александр Иванович. Исаев, увидев инжене-ра, вылез из кабины и побежал к нему, стараясь не попасть в смерчик.

— Как хотите, Александр Иванович, но сегодня после обеда придется «англичанина» остановить. Маунг поршневые кольца достал...

Экскаваторов на стройке было два: один совет-ский, его привезли первым же пароходом (осталь-ные были еще в пути), а другой — английский. Его строительство получило взаймы у дорож-ного управления на то время, пока не при-будут советские. Он оказался весьма почтен-ного возраста, с довольно тяжелым характером. В первый же день Александр Иванович сказал Володе:

— Вот что, Исаев, я знаю, что на английских машинах ты не работал, но здесь положение осо-бое. Мы сюда приехали помочь бирманцам, на-учить их строить, и на нас надеются.

На экскаваторах работали два ученика Исаева.

Оба еще молодые, люди совершенно разные по характеру и по внешности. Аунг Тин, высокий, худой, большеглазый, с пушистыми длинными ресницами, был стеснителен, говорил тихо и больше всего на свете любил своих четверых де-тей. Маунг Джо пониже ростом, покрепче и от-личался довольно шумным характером. Иностран-цам он не доверял и первое время все пригляды-вался к Володе.

Никогда ему еще не приходилось встречать бе-лых, которые, как Володя и другие русские, работали бы в самом пекле только для того, чтобы обучить его, Маунг Джо, работать, как они.

После обеда Володя с Аунг Тином копались в горячих внутренностях «англичанина». Володя один справился бы быстрее, но ему хотелось, чтобы Аунг Тин почувствовал, что сам починил экскаватор, и поэтому не торопил ученика.

Буйволы уже возвращались с пруда, когда, наконец, Аунг Тин с удовлетворением сказал: «Пи-би». «Конец», — подтвердил Володя. К ним подошел Маунг Джо и показал на пальцах— десять.

— Десять машин нагрузил? Хорошо, каунде. Пошли чаю попьем.

— Карашо, — согласились ученики.

В тростниковой хижине, куда строители заходили напиться чаю или содовой воды, было куда прохладнее, чем у экскаваторов. Толстая бирманка принесла по чашке очень сладкого чая с молоком. Экскаваторщики разговаривали между собой, а Володя сидел за думавшись.

— Мистер Ига, — голос Аунг Тина вывел его из задумчивости. Мистер Ига.

В хижину вошел переводчик Игорь. Он присел рядом с Аунг Тином, и тот начал ему что-то говорить.

Володя удивился. Он уже объяснялся со своими учениками без переводчика. И вдруг... Может, обиделись на что-нибудь?

— Володя. знаешь, что твои экскаваторщики задумали?

— Что?

— Понимаешь, у них нечто вроде соревнования. Оки поспорили, кто из них лучше у тебя всему научился, и хотят завтра поработать без тебя, а ты должен определить, кто за день вынет больше грунта.

— Игорек, ты им скажи, что они оба хорошо работают. — Володя был взволнован и никак не мог найти нужных слов. — Скажи, что я рад их инициативе.

Исаев пришел на площадку рано утром.

День выдался жарче обычного. Вороны, которые раньше, казалось, не замечали жары, и те залезли в пруд и лениво плескались у берега. Подобную картину Исаев видел впервые.

Володя не привык быть наблюдателем. Его все время так и подмывало влезть в кабину к Аунг Тину, объяснить ему, что нельзя же так дергать ковш. Но что поделаешь: сегодня он был только судьей. И он стал подсчитывать нагруженные самосвалы.

К обеду Маунг Джо был впереди на две машины.

Когда ушли последние самосвалы, экскаваторщики отошли в тень, к кустам, где стояли судки с рыбным паштетом и овощами, лежали банановые листья с кучками риса.

Маунг Джо помахал рукой Игорю и Володе— присаживайтесь, мол, с нами — и, раздвинув ветки, сделал два шага им навстречу. Вдруг он остановился, вскрикнул, подпрыгнул, и на лице его появилось удивленное и вместе с тем испуганное выражение. Когда Володя подбежал к нему, он продолжал стоять, поджав правую ногу и показывая на что-то в траве.

— Змея, — сказал Игорь. — Зеленая змея.

Маунг Джо медленно оседал на траву.

— Посмотри, что у него с ногой, — раздался над ухом у Володи голос Игоря. — Змею я беру на себя.

Схватив кол, Игорь начал бить им по траве.

— Ядовитая змея, зеленая змея. Маунг Джо сейчас умрет, ничем ему не помочь, — испуганно говорил Аунг Тин.

— Врешь, не умрет, — разозлился вдруг Володя. — Не дадим мы ему умереть!

Маунг Джо держался за ступню и бормотал что-то.

Володя подумал: ведь бывает ногу отрежут, и то человек остается жив, а тут точка какая-то. Он лихорадочно старался припомнить, что надо делать, когда человека укусит змея. Прижечь каленым железом? Не выйдет — нет спичек. Да, высосать яд! Потом перетянуть потуже.

Игорь стоял рядом, держа убитую змею за хвост. Аунг Тин подошел поближе.

Он говорит, что Маунг Джо все равно умрет.