Мать-и-Мачеха

— Но почему ты так думаешь? Разве так вообще бывает? — спросила Лили Эванс, и Северус увидел в зелёных глазах серьёзные сомнения.

С Лили они дружили почти год, и сейчас он решился доверить ей свои тревоги и эту странную тайну. Тем обидней, что подружка ему не поверила. Вот про магию сразу поверила, а про это…

Северусу было восемь, когда из заводских трущоб, на окраине которых располагался их дом, он забрёл в противоположную часть Коукворта. Изначально его привлёк парк, наверное, единственное зелёное пятно в их сером и унылом городке. Парк располагался на пригорке, и в солнечную погоду его яркую зелень было видно даже из тупика Прядильщиков. К восьми годам Северус уже успел вдоль и поперёк исследовать всю свою неинтересную улицу с узкими щелями-проходами между домов, весь берег Вонючего ручья, в который завод сбрасывал всякие отходы, и несколько прилегающих рабочих кварталов. Однажды солнечным весенним днём Северус решился на своё первое в жизни целенаправленное путешествие и отправился в парк.

Тогда он впервые увидел Лили, которая гуляла с сестрой. Петунья была старше их на три года.

— Вот ты где! — внезапно раздался торжествующий крик над самым ухом, и Северус, погружённый в размышления, вздрогнул от неожиданности. К ним незаметно подкралась Петунья и встала, скрестив руки на груди, возвышаясь над Северусом на целую голову.

— Зачем так пугать, Туни! — возмутилась Лили.

— Быстро домой! И сколько тебе говорить, чтобы ты не водилась с этим… — Петунья, словно приманённая мимолётным воспоминанием, брезгливо оглядела Северуса и поджала губы, — сумасшедшим.

— Но, Туни… — надулась Лили.

— Сколько раз тебе объяснять, что не стоит с ним разговаривать?! Он чудик, — отрезала её старшая сестра и хмыкнула. — Ещё подцепишь какую-нибудь заразу. И так тебе голову заморочил всяким Хогвартсом-шмогвартсом и прочими бреднями про чудеса.

— Но это правда! — подскочил Северус. — Хогвартс существует!

— Враньё! — припечатала Петунья. — Ну, давай, волшебник малолетний, заколдуй меня! Что, не можешь, да? Силёнок магических маловато? «Крибле-крабле-бумс» забыл выучить?

— Туни, но этому только в школе учат, — попыталась защитить Северуса Лили. — И волшебная палочка нужна. И вообще, об этом нельзя так громко говорить, вдруг кто-то услышит? И зачем я вообще тебе рассказала?!

Северус тоже думал, что зря, но сделанного не воротишь. Петунья с самого начала была сильно против их дружбы, и Лили попыталась объяснить сестре, что они волшебники, вместе пойдут в Хогвартс и ей нужно побольше знать о мире магии. Это была чистая правда, Северус сам видел, как у Лили произошёл стихийный выброс, поэтому в тот день, почти год назад, он и осмелился подойти и познакомиться с очень красивой, чистенькой и милой зеленоглазой девочкой похожей на солнышко. Но Петунья сестре не поверила. Чего хотеть от магглы?!

— Ну конечно, это же секрет, — язвительно хмыкнула Петунья. — Палочка им нужна, ага. А крёстной феи к палочке не прилагается? Или, может, нужен сразу целый Мерлин со всеми рыцарями круглого стола и королём Артуром в придачу?

— Ты просто завидуешь, что Лили волшебница, а ты — нет! — выкрикнул Северус. — Тебе уже одиннадцать, а письмо из школы волшебства не пришло. Значит, в вашей семье только Лили наделена Даром!

— Очень надо мне ваше письмо из дурацкого Шмогвартса, — фыркнула Петунья, задрав нос. — И нечего на меня зыркать, Снейп, ещё раз так зыркнешь, и я папе нажалуюсь. Расскажу, как ты Лили голову морочишь своими бреднями. Он живо тебя отучит обманывать, чудила сумасшедший. Пошли, Лили! Обед скоро!

— Пока, Северус, — вздохнула Лили, тряхнула своими рыжими кудряшками и поплелась за своей сестрой.

Северусу было жаль, что волшебство, пока не получишь палочку, редко получалось по одному желанию. Он бы очень хотел заколдовать вредную сестрицу подруги, чтобы Петунья про них забыла и не лезла, когда не просят. Но с ним самим магические выбросы случались всего лишь пару раз. А самый первый, который он помнил, произошёл, когда ему было пять лет. Отец сильно напился, ругался с матерью и оттолкнул Северуса, когда он попытался помешать ссоре родителей. Тогда и произошло то первое яркое проявление Дара: Тобиаса Снейпа буквально откинуло на несколько ярдов прямо в стену, и тот потерял сознание. С той поры отец ещё сильней невзлюбил Северуса, и мать всё чаще просила «погулять», когда отец приходил после работы или сидел дома в выходной. Когда отец работал, Северус читал книжки из маминого сундука, который, слава Мерлину, маггл просто не мог ни увидеть, ни открыть и что-то испортить. Информацией из книжек он делился с Лили, но… без реальных доказательств существования магии и Хогвартса их дружбе могла помешать эта её вредная сестрица.