Март

– Адрес отправителя. – работники почты никогда не славились вежливостью.

– Никакого не пишите.

– Нет, нужно, такие правила.

– Какие правила? Я всегда без него отправлял.

– Новые правила, обязательно нужно указывать обратный адрес.

– Ну напишите "улица Иванова дом 5".

– Сами пишите! Я вам что тут секретарь? И вообще, вас много, а я – одна.

Если какая-нибудь история случилась в Москве или Петербурге – для писателя это подарок. Площади, проспекты, бульвары, улицы. Парки, переулки, набережные, каналы. Достопримечательности прошлого и новейшие легендарные места. Такой пейзаж, при должном умении художника, пробудит гордость в коренных жителях, навеет ностальгию приезжающим в гости и, наконец, согреет сердца тем мечтателям, кому только предстоит отправиться в путешествие.

Но эта история произошла ни в одной из двух столиц, а в провинции, вот что затрудняет автору задачу. Хотя небольших провинциальных городов в России достаточно, писать о каждом отдельно нет необходимости – у них много общего. В каждом была советская власть; была и оставила после себя множество улиц по именам особо ею любимых деятелей. Уцелели топонимы и выдающихся личностей империи. Но преобладают всё же абстрактные и более менее всех устраивающие по причине малой конкретности улицы-понятия – Интернациональные, Профсоюзные, Октябрьские, Пионерские, Социалистические и все прочие улицы. В небольшом городе обязательно должен быть памятник войне – то есть победе, даже если военная история этого города весьма туманна. От памятника рукой подать до администрации и какого-нибудь собора или, на худой конец, масштабной церкви важнейшего местного значения. Казалось бы, портрет города вполне универсальный, но начнёшь писать про какой-то конкретный, понимаешь нехитрую уловку Николая Васильевича. Но энновать и тем более зеддовать город мне уже кажется пошловато для нашего века. С сёлами и деревнями в этом смысле проще. Пердяевка, Залесное, Ласточка. Ивановка, Петрово, Сидоровское. Хочешь фантазию напрягай, не хочешь – открой телефонный справочник на любой странице, возьми любую фамилию, и готово село, посёлок, деревня. Всё что угодно, главное сохранять известные приличия. Но эта история случилась и не в селе, не в посёлке или деревне.

Когда станешь писать про небольшой город ещё ненароком можно оскорбить кого-то – "Нет, наш …-ск не такой!" Как будто только Москва и Петербург бывают разные и для каждого свои; а остальные города оставляют впечатления перманентное и универсальное? Однако эта история произошла именно в провинции и нЕчего приукрашивать (или наоборот?) переносом её ещё куда-то. Стоит выбрать точку на карте с настоящим названием, пусть это будет Курск, благо автор бывал несколько раз в этих краях.

Улицы Лениных и Марксов есть. Имеется Гоголя, Радищева – вполне. Военная история присутствует – да ещё какая! Видный был фронт со своими героями, так что памятников тоже достаточно. Парки, скверы, магазины, больницы, школы – всего понемногу в наличии. Парочка Больших университетов красят город в лучшую сторону. Как раз недалеко от одного из них, из отделения почты, когда стрелки на больших часах здания у нулевого километра показывали десять часов утра вышел молодой человек.

Вид у него, прямо скажу, был довольно непривлекательный и даже отталкивающий. Едва ли какая-нибудь симпатичная первокурсница филологического факультета, неспеша опаздывающая на пары, обратила бы на выходящего внимание. Старая профессорша ещё презрительно поморщилась бы и прибавила шагу.

Сильно поношенные коричневые ботинки без шнурков на положенном месте уже не спас бы и толковый сапожник. Пуховик с заплатами на каждом плече сильно потерял в содержимом с момента его создания и уже более походил на плащ. А вот джинсы соответствовали всем канонам этой одежды американских работяг – порвались на правой коленке, сильно обтрепались снизу и были протерты почти до белизны на … ну вы поняли. Молодой человек спускался по ступеням, становился на городскую площадь, а природа тем временем необратимо менялась в сторону весны.

В среднюю полосу России весна вообще приходит неохотно, но особенно это заметно в городах, скованных каменными джунглями.