Марсианский карнавал

Ю.Моисеев

Марсианский карнавал

"Ошеломленные глаза Лестера различали марсиан, похожих на маленьких розовых безруких комариков, больших шестируких зеленых марсиан, возвышающихся над толпой на 20 футов, марсиан четырехглазых и совсем безглазых, но со щупальцами, вырастающими из лица; синих, черных, желтых и фиолетовых марсиан, не говоря уже о марсианах разного оттенка анилиново-красного, вишневого и бурого цветов..."

(Э. Гамильтон, "Невероятный мир")

ВЫ, ВОЗМОЖНО, ПОМНИТЕ ЭТОТ ШУТЛИВЫЙ РАССКАЗ АМЕРИКАНСКОГО ПИСАТЕЛЯ ЭДМОНДА ГАМИЛЬТОНА, ОПУБЛИКОВАННЫЙ В ПЕРВОМ НОМЕРЕ "ЮТа" ЗА 1956 ГОД. ЕГО ГЕРОЙ, ПРИЛЕТЕВ НА МАРС, ОБНАРУЖИЛ ТАМ СРАЗУ ВСЕ "ТИПЫ" МАРСИАН, КАКИЕ ТОЛЬКО БЫЛИ ПРИДУМАНЫ НА ЗЕМЛЕ ПИСАТЕЛЯМИ-ФАНТАСТАМИ.

И КОГДА СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ УЧАСТНИКОВ "ФАКУЛЬТЕТА "ЗАВТРА", ЗАГЛЯДЫВАЮЩИХ В БУДУЩЕЕ, ГОТОВЯЩИХСЯ К КОСМИЧЕСКИМ ПОЛЕТАМ, УСТРАИВАЛАСЬ ЭТА ПЕРВАЯ В МИРЕ ФАНТАСТИЧЕСКАЯ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ, КОРРЕСПОНДЕНТУ "ЮТа" ПРЕЖДЕ ВСЕГО ВСПОМНИЛСЯ РАССКАЗ "НЕВЕРОЯТНЫЙ МИР".

В огромном зале волновались привычные ко всему корреспонденты, волновались школьники и студенты, маститые ученые. Даже космонавты. И это понятно. Шутка ли, впервые на научную конференцию должны были прийти марсиане - герои произведений лучших писателей-фантастов. А так как люди уже научились изменять течение пространства и времени, то на встречу пришли сразу четыре писателя, жившие в разное время, - и Герберт Уэллс, и Алексей Толстой, и Александр Богданов, и Рей Дуглас Брэдбери!..

И вот край неба за высотными зданиями прочертила зловещая зеленая полоса, послышался глухой удар, и не успел утихнуть занявшийся было пожар, как к месту пресс-конференции понеслись, извергая из суставов клубы зеленого дыма, огромные треножники из блестящего металла с длинными гибкими щупальцами, похожие на взбесившиеся складные стулья. С торжествующим ревом: "Элу... элу...", приветственно размахивая генераторами тепловых лучей, они построились в ряд на бульваре, их длинные ноги сложились, и боевые башни сели на землю. Со звоном откинулись крышки, и из них с трудом вылезли круглые туши марсиан, каждый величиной с медведя. Разглядев встречающих, просияли их огромные пристальные глаза над треугольным ртом с выступающей верхней и клинообразной нижней губой. Известнейшие писатели-фантасты во главе с несколько смущенным Г. Уэллсом, когда-то так испортившим марсианам репутацию своим романом "Война миров", подхватили их под щупальца и проводили в антигравитационные боксы, а чтобы марсиане Уэллса чувствовали себя совсем как дома, подарили им свои лучшие книги с растроганными автографами.

А среди деревьев уже вырастали огромные песчаные корабли, где под разноцветными вымпелами стояли марсиане в масках с серебряными лицами, с голубыми звездами вместо глаз, с лепными ушами из золота и рубиновыми губами.

И, плавно рассекая воздух, мерцая бесчисленными зелеными бриллиантами, сверкая фасеточными рубиновыми глазами, подошла машина, похожая на желто-зеленого богомола. Шесть ее ног ступали с легкостью моросящего дождя, а с седла машины глазами цвета расплавленного золота смотрел марсианин. Он был словно призрачная призма, которая ловит и излучает свет далеких миров. Марсианин соскользнул на землю. Рей Дуглас Брэдбери взволнованно протянул руку герою одного из лучших своих рассказов - "Ночная встреча". Но руки не соприкоснулись - они растворились, точно сквозь туман прошли одна сквозь другую.

- Черт побери! - изумленно воскликнул писатель.

- Силы небесные! - потрясенно отступил марсианин...

Но так как фантасты народ закаленный и привыкший к чудесам, то марсиан Рея Брэдбери сравнительно хладнокровно проводили в зал.

А тем временем на лужайке бесшумно приземлился этеронеф - почти шар со сглаженным сегментом внизу, на манер поставленного колумбова яйца из алюминия и стекла. Минус-материя, накопленная в резервуарах, придала ему невесомость, а двигался он за счет распада радиирующих веществ, ускоренного в сотни тысяч раз. Из него вышли стройные, юношески гибкие фигуры с непропорционально большими головами. Приблизился их командир, инженер Мэнни, и снял защитную маску. Его глаза были чудовищно велики, со зрачками, расширенными даже по сравнению с глазами. Возникло впечатление крайней оригинальности, пожалуй, уродства, но не карикатуры. Инженер и его товарищи произнесли несколько слов по-русски и, закрывая глаза от вспышек фоторепортерских блицев, прошли в специально затемненную ложу в сопровождении писателя Александра Богданова.

Словно большая птица, пошел на посадку летучий корабль, похожий на гигантского жука с тремя парами крыльев. Из него медленно вышла худенькая женщина с бело-голубоватым удлиненным лицом. Немного приподнятый нос, слегка удлиненный рот были по-детски нежны, а пепельные глаза взволнованы и встревожены. И в сердцах землян словно зазвучал далекий голос, повторяющий печально на неземном языке: "Где ты, где ты, Сын Неба, вернись!.."