Марафон страсти с шафером

Джулия Киз вынырнула из такси у дома родителей. Тут же вспыхнули камеры и раздались крики репортеров: «Где Дерек, Джулия? Он прилетит из Лос-Анджелеса на свадьбу вашей сестры?», «Это правда, что вы с ним подыскиваете дом?», «Есть ли вероятность того, что ваши отношения завершатся браком?» Вопросы сыпались точно град. С Дереком, напарником по съемочной площадке, Джулия не встречалась, да и не стала бы ни за что на свете. При одной лишь мысли о нем ее тошнило похуже, чем от утреннего токсикоза, а это что-нибудь да значило.

Обойдя репортеров и вытащив из багажника сумку на колесиках, девушка пробежала по дорожке, что вела от подъездной аллеи к крыльцу, мимо рододендрона, что так буйно цвел в начале лета – в последний раз, когда Джулия приезжала в Вилмингтон и Логан Брандт разбил ее сердце. Такого больше не повторится – по крайней мере, она так решила. На ступенях крыльца появился отец и, сбежав вниз, заключил дочь в объятия.

– Вам бы не мешало выучиться манерам, – крикнул он журналистам, собравшимся у бордюра.

Хорошо еще, что местные писаки не осмеливались заходить на частные владения. В больших городах, таких как Нью-Йорк и Лос-Анджелес, их коллеги не стеснялись ничего. Джулия уже знала повадки представителей прессы – почти десятилетняя карьера кинозвезды заставила кое-чему научиться. С утра позвонил ее агент, и, судя по той истерике, в которую его повергла вышедшая в газете статья о Дереке, в следующие несколько часов журналисты будут лишь прибывать.

– Прости, пап, мне жаль, что они тут торчат. Не разговаривай с ними, и они уйдут.

Джулия поцеловала чисто выбритую щеку отца. У него были такие же, как и у нее, темно-русые волосы, только время добавило серебра на висках. Морщинки на лбу показывали, что отец взволнован. Что ж, это можно понять: одна дочь выходит замуж, а вторая, если судить по вопросам репортеров, имеет весьма странные предпочтения во всем, что касается мужчин. А ведь он еще не знает о том, что скоро станет дедушкой.

Отец открыл дверь, и Джулия вошла в дом. В гостиную, вытирая руки о полотенце, выглянула мать. В белых брюках-капри и розовой блузке без рукавов, с неизменным жемчужным ожерельем на шее, оттеняющим рыжие волосы, стянутые в хвост, она была безупречна, как всегда. Следом шла будущая невеста, младшая сестра Джулии Трейси. Они с матерью были похожи как две капли воды, только на девушке был надет бирюзовый сарафан. Трейси так посмотрела на старшую сестру, точно та была воплощением вселенского зла. Мать обняла старшую дочь и поцеловала ее:

– Я так рада, солнышко – во второй раз за три месяца ты дома.

– Ну, в прошлый раз я приезжала на встречу выпускников, а теперь событие куда более важное – не каждый день младшая сестра выходит замуж.

Она потянулась, чтобы обнять Трейси, но та отстранилась:

– И долго мы будем притворяться, что все в порядке?

Что ж, подумала Джулия, нельзя винить сестру за ее поведение. На ее месте она бы страшно разозлилась за суматоху за окном.

– Мне очень жаль, что все так вышло, но это глупые россказни. С самого начала съемок журналисты принялись намекать на то, что между нами с Дереком что-то происходит. Поверьте, это не так.

– Я видела фотографии – да ты там с ним чуть ли не целуешься, – протянула мать. – Почему ты все отрицаешь – стесняешься? Говорят, его семь раз арестовывали за пьянство.

Джулия покачала головой, чувствуя, что буквально закипает – от жары и не только. Если даже мать поверила россказням журналистов, значит, им удастся убедить кого угодно.

– Мама, послушай, – она обхватила себя за плечи, – я клянусь, между мной и Дереком ничего нет. Мы просто репетировали сцену. На самом деле он меня абсолютно не интересует. А я, соответственно, его.

– Ну так выйди и скажи этим шакалам все так, как рассказываешь нам, – прервал отец, отодвигая занавесь и выглядывая из окна. – Мы потратили на свадьбу кучу денег.

Ах, если бы только отец знал, на что она готова пойти, чтобы не повредить свадьбе сестры – вплоть до необходимости скрывать свою беременность. Ну почему все не может быть как у людей – хоть разок? Она бы рассказала родителям правду, мать бы засияла и засыпала ее вопросами, отец подошел бы к ее симпатичному молодому мужу, пожал ему руку и хлопнул по спине… Но нет, все обстоит совсем по-другому. Ей уже двадцать девять лет, но мужа что-то не наблюдается. Зато есть бесконечные сомнения насчет того, кто же является отцом ребенка – бывший или Логан Брандт?

– Поверьте мне, – возразила Джулия, – стоит проронить хоть слово, и вопросы посыплются градом. Просто игнорируйте их – лучше думайте о Трейси.

«Что угодно, только бы не поддаться соблазну и не выпалить, что у меня для них есть маленький сюрприз», – подумала она.

Трейси же фыркнула и покачала головой:

– Ну да, конечно, думайте обо мне. – Опустившись на диван, она принялась нервно листать журнал. – Очень великодушно с твоей стороны.

Отец опустился в кресло-качалку: