Мальвы

Роман Иванович ИВАНЫЧУК

МАЛЬВЫ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Разве вы не ходили по земле и

не видели, каким был их конец?

Были они могущественной силой, но

ничего не может ослабить аллаха ни

на небе, ни на земле.

Коран, 35-я сура, пророческая

Весной тысяча восемнадцатого года гиджры* вместе с многими галерами, каторгами и паштардами к Кафской** пристани причалил небольшой турецкий фрегат. С него сошел на берег седобородый мужчина в белой чалме и в сером арабском бурнусе. Его лицо пряталось в густой длинной бороде - трудно было определить возраст старца, но был он древний, как мир, и в глубоких темных глазах его таилась мудрость многих поколений.

_______________

* Г и д ж р а, точнее, х и д ж р а (арабск.) - переселение

пророка Магомета (правильнее: Мухаммеда) и первых мусульман из Мекки

в Медину в 622 году по нашему летосчислению; год хиджры принят за

начало мусульманского летосчисления. Таким образом, здесь события

разворачиваются в 1640 году.

** Город К а ф а или К а ф ф а (с 1783 года - Феодосия) в

Крыму был в 1475 году захвачен османской Турцией и вскоре стал

крупнейшим рынком работорговли.

Старец упал на колени, склонился к земле и прошептал:

- Здравствуй, благодатный край, после долгой разлуки. Кланяется тебе анатолиец, сказитель-меддах Омар, которого ты шестнадцать лет тому назад изгнал из Кафы мечом Шагин-Гирея*. Тогда я, не обиженный, а удивленный, пошел странствовать по всей империи от Карпат до Балкан, от Дуная до Нила, чтобы убедиться, действительно ли другие народы ненавидят нас, турок. А если это верно, то почему? Думал я, что встречу темноту и глупость, а встретился с благородным прозрением ослепленных богатырей; думал я, что увижу озлобленное отношение ко мне, турку, а увидел высокое благородство, уважение к уму, ненависть к цепям. И спросил я тогда себя, кто виновен в том, что мой народ стал носителем зла и неволи? Нужно ли это ему? Ведь анатолийский райя не стал богаче оттого, что завоевывает чужие страны... Я возвратился к тебе, мой Крымский край. Не мстить - твой гнев был жестоким, но справедливым, - я хочу посмотреть, крепко ли Осман** заковал тебя в кандалы; или, может быть, ты еще дышишь своей буйной непокорностью, по-прежнему топчешь чужие земли, следуя примеру своего соседа и повелителя, или, может быть, тебя осенил свет освободительного духа и дикие страсти твои сменились поисками правды?

_______________

* Ш а г и н - Г и р е й - татарский полководец из рода Гиреев,

который в 1624 году изгнал из Кафы турецких вассалов. Был разгромлен

турками и татарскими беями в 1629 году.

** О с м а н ы - династия турецких султанов, основателем которой

считается Осман I правивший с 1299/1300 по 1324 год.

Он поднялся. С галер выходили, спеша на ясырь-базар, турецкие купцы, маршевой колонной шли янычары - султанская охрана кафского паши, торопились мубаширы*, чтобы отсчитать пятую часть татарского ясыря для турецкого падишаха, - двигалась на крымскую землю ненасытная османская рать.

_______________

* М у б а ш и р - сборщик, получавший дань для султана (турец.).

Меддах Омар проводил их взглядом.

<О/>, народ османский... Когда уже ты будешь довольствоваться своим добром, заброшенным, нераскопанным? Зачем ты заришься на чужие земли, не вспахав свои, почему не насытишь собственным богатством родных детей, а принуждаешь их, голодных, рыскать не по своим полям и напрасно проливать кровь соседей? Когда уже ты утолишь свою неутолимую жажду? Сегодня у тебя есть власть, и ты своевольничаешь. Кто же защитит тебя от божьей мести, когда она грянет? А она придет. Уже сужается круг веков, и тебе придется вернуться туда, откуда пришел, исполнив свое призвание на земле. Вернешься, осуждаемый всеми.

О, страшное у тебя призвание! Тебя обманули тщеславные и властолюбивые вожди твои, и ты, лицемерно взяв божье учение за оружие, залил слезами, кровью и ненавистью к себе полмира. А что ты получил за это? Сидишь, точно безумный скупец, среди сокровищ, награбленных в чужих амбарах; хлеб, отнятый у голодных, не лезет тебе в рот; сидишь в лохмотьях и нужде, не ведая, что делать с награбленным добром. Народы превратил в нищих, а сам обогатиться не можешь и лишь порождаешь лютую ненависть к себе.>

Купцы, янычары, мубаширы скрылись за воротами Кафы, а меддах Омар, высокий и величественный, направился в Карантинную слободу, где останавливались паломники, возвращавшиеся из Мекки.

...В этот год слишком рано началось лето в Крыму. Шелковица осыпалась, не успев созреть, виноград не завязался, опали пожелтевшие персики величиной с лесной орех, ветры не гнали по небу ни единого облачка. Созрел ячмень, едва покрывший собой серую каменистую почву, и развеялось половой выбросившее метелку просо.

А в июне на Кафские степи налетела саранча. Крестьяне вышли с кетменями копать рвы, появилась процессия дервишей в суконных серых одеждах, неся в круглых баклагах святую мекканскую воду, и стояли беспомощные, глядя, как вокруг гибнет все живое.