Мальчик-бродяга

Я долго не мог заснуть, сегодняшние сборы в дорогу измотали меня до последней степени. Завтра нашу семью должны были забрать люди из сопротивления и тайными тропами отправить из страны. Окно на границе должно было открыться буквально на час. Я это подслушал из разговора отца с его старинным другом. Я в очередной раз перевернулся на другой бок. Старый раздолбанный диван стоял в домике на дереве с самого момента его строительства.

Неужели этот безумный день наконец закончился?

Ничего не предвещало нашу очередь. Казалось, бегство из страны – это далекое-далекое будущее. Еще вчера я в десятый раз перечитывал книгу выживальщика в промежутках между тренировками на гибкость и выносливость, а сегодня ранним утром приехал «старинный друг» отца, и все закрутилось.

Ночевать я устроился в домике на дереве. Хотел попрощаться с детством. Ближе к полуночи пошел дождь, сначала упали крупные редкие капли, потом полило, как из ведра. Заворчали обе кавказские овчарки. Я выглянул в окошко, чтобы увидеть тех, кто взволновал кавказцев. Вовремя, огромные псы замертво упали посредине двора. Свет погас.

Чудовищная молния ударила в высокий тополь, стоящий посредине двора. Дерево вспыхнуло, будто облитое бензином. Оно разбрасывало огромные ветки по всему двору, а десяток фигур в чёрном шли к дому, лениво уворачиваясь от огня. Метров с пяти они открыли стрельбу по щитовому дому, изрешетив стены, как сито. Пару минут спустя стрельба прекратилась, двое убийц вошли внутрь и пробыли там минут десять. Они подошли к командиру, спрятавшемуся от дождя под моим деревом.

– Не можем найти мальчишку.

– Проверьте домик на дереве, – приказал командир, указав в мою сторону. Он сам смело полез за бойцами, как бы страхуя их.

Небольшая шаровая молния встала на пути убийц, спасая меня на мгновение. Оба бойца выпустили в сторону шара две очереди из автоматов, но шар только вырос в размере. Командир, видя, что пули бесполезны для шаровой молнии, всё равно попытался разрушить её длинной очередью. Шар мгновенно вырос, поглотив и убийц, и входную дверь, и меня. Затем шаровая молния взорвалась с оглушительным свистом, отбрасывая меня на пол, испепеляя стену вместе с дверью, и сбрасывая убийц на землю. От удара моя голова закружилась, из ушей пошла кровь, а в глазах стало двоиться. Дождь мгновенно закончился, а я покатился по абсолютно сухому двору, и провалился в маленькую ямку, скрывшую меня от убийц. В предрассветных сумерках было достаточно светло, чтобы убийцы могли меня найти. Я попытался изобразить из себя «пустое место». Меня нет!

Минут через пять я не выдержал напряжения и раздвинул стебли травы. Дерево с домиком пропало. Наш дом пропал. Командир и двое его бойцов озирались, с перекошенными от напряжения лицами. Мне показалось, будто какое-то голубоватое облачко размером с кулак, подлетело к командиру убийц и растянулось на всю его голову. Ноги жертвы подкосились, «тушка» мерзавца упала на траву мягко и аккуратно, будто убийца улегся отдохнуть. Я зажмурился изо всех сил, но всё равно видел голубоватое облако точно также, как с открытыми глазами. Вокруг я ничего не видел, но облачко мне мерещилось.

Двое бойцов издали сдавленный вопль. Синхронно. Мне послышался ужас в их крике. Я испытал благодарность к своему защитнику, а тот дважды напал на бандитов, убивая их, и становясь немного больше в размере. Я не испытывал к убийцам моей семьи ни капли сочувствия. Каждый из них мог сказать: «Ничего личного, только работа». Но я не хочу умирать. Моя семья хотела жить!

Рассветало, и голубоватый шар становился тускней. Я снова закрыл глаза, чтобы увидеть, своего спасителя. С закрытыми глазами мне казалось, что он светится мягким, приятным светом. Я протянул к нему руку, и шар лег на ладонь, было настолько приятно, что по коже побежали мурашки. Хотелось завилять хвостом, как делали наши овчарки. Я снова вспомнил о смерти семьи и заплакал. Казалось, шар успокаивает меня, обещает защиту от «плохих». Я мысленно попросил его: «Не уходи!»