Маховик неизбежного

После очередного удара в челюсть Игнат вновь слетел со стула: вот уже три дня его допрашивали в подвалах инквизиции. Били, спрашивали, потом опять били. Лицо уже давно стало фиолетовым, сломанные ребра мешали дышать, осколки зубов резали язык. Два мордоворота в простой одежде без каких-либо знаков различия «работали» уже, наверное, часов пять, им порядочно наскучил данный процесс. Инквизиторша, сидевшая метрах в трех за столом, закинув на него ноги, перелистнула очередную страницу какого-то бульварного романа. Она глянула поверх книги и лениво задала новый вопрос, который только за сегодня Игнат слышал уже раз двадцать:

— Как ты связываешься с одержимой ведьмой Веревеей?

Один из мордоворотов поднял Демидова и, встряхнув, усадил его на стул. Егерь сплюнул сгусток крови и обломок зуба.

— Никак, не виновен, — едва ворочающимся языком произнес Видок.

Новый удар, голова мотнулась на этот раз влево. Удар, вопрос, удар, вопрос… Так продолжалось еще два часа. Наконец все выдохлись. Игнат отрубился и пришел в себя уже в камере, валяясь на холодном бетонном полу. С трудом поднявшись, он схватил пластиковую кружку с теплой водой и тарелку с разваренными серыми макаронами. Хорошо хоть не стали издеваться и положили ложку, один раз Игнат оказался в околотке у одного барона, так вот там кашу, похожую на клей, наваливали прямо в ладонь: как хочешь, так и жри, не хочешь — вообще не жри.

Три дня назад, после того как Игнат прошел через портал, его сразу взяли в оборот. Сначала не били, подробно выслушали его историю, записали. Потом спросили еще раз, вновь записали, работали совместно инквизиторши и магички. Затем появились два мордоворота, и дело пошло веселее. Демидова обвинили в измене братству, в пособничестве одержимым, соучастии в убийстве магессы Арианы, инквессы Рены и, как ни странно, Светаны, тело которой все же нашли в ее особняке, правда, об этом знали совсем немногие. Волшебницу долго пытали, причем на ней обнаружили следы чужой магии, а вот убили ее ножом — тем самым трофеем, что Игнат взял в лаборатории Веревеи. Так он стал сообщником одержимой ведьмы. Фарат был заблокирован заклинанием, которое волшебница второй ступени подновляла раз в сутки, поэтому джинн никак не мог помочь Демидову восстановиться.

Но избиения — не самое страшное, самое страшное — у них нашелся телепат, и довольно сильный. Днем егеря били, а ночью к нему в голову лез этот упырь. Игнат, находясь в полудреме, чувствовал, как ублюдок копается в его мозгах, выискивая доказательства, — при таком раскладе выспаться не удавалось.

Игнат с трудом заполз на низкий каменный топчан, на котором валялась тощая подстилка со старой соломой, и, скрючившись, затих — все тело болело. У него в голове хранилось много тайн: Тамара, гибель Анны и то, что за ней последовало, несколько довольно скользких моментов, касающихся заказов, полученных от сильных мира сего. Не сказать что его голова была шкатулкой, набитой секретами, но неприятностей она могла принести много. Особенно Игната беспокоила беглая магичка: Тамара очень не хотела, чтобы ее нашли, и, если эти поймут, кто она, могут возникнуть очень большие проблемы. Хотя как будто их мало? Одно радует: голова не книга, нельзя читать мозг человека, переворачивая ненужные страницы. Все, что видит урод, копающийся у него в мозгах — обрывки образов, событий, эмоций, он подкидывает дознавателям как информацию, и Демидов получает новую порцию ударов. По какой-то причине зелье правды на него не подействовало, вернее, подействовало, но не так: он нес полный бред, чем озадачил следователей. Похоже, его «тушка» была очень важна, поскольку через день к магичкам и инквессам подключились ребята из охранного приказа — местная разведка. Этих мужиков с цепким взглядом очень интересовала вольная область, как и все, что происходит снаружи княжества.

Игнат заскрипел зубами, когда, неудачно шевельнувшись, потревожил сломанные ребра. Огромное сиреневое пятно кровоподтека на левом боку говорило егерю, что сломаны минимум три. К счастью, с правым был пока порядок. Правда, похоже, дознаватели скоро допрут, что избивающая его парочка неэффективна: егеря слишком крепки для обычных форм допроса, — и тогда они перейдут к другим методам.

Аккуратный двухэтажный дом из белого камня под красной черепичной крышей, красивый небольшой сад с яркими цветами вокруг, дорожка из хорошо подогнанных друг к другу булыжников. На невысоком деревянном крыльце, поддерживаемом парой впечатляющих столбов, стояла Кира.

— Выпустили? — глядя на Игната сверху вниз, спросила она, и радостная улыбка озарила ее лицо, а зеленые глаза заблестели, медно-золотистые локоны трепал несильный летний ветерок. Похоже, девушка действительно была рада его видеть.