Магистр между двух Огней (СИ)

Глава Первая

Дорогой дневник!

Ты одна у меня отрада и радость, лишь с тобой я могу откровенничать и рассказывать тебе, самые страшные мои тайны. Лишь один ты знаешь мои страхи и пороки, лишь ты выслушаешь, примешь и не осудишь.

Скукота, уныние, тягомотина, как ее ни назови, убивает даже самых активных оптимистов. Вот так и я, где-то глубоко внутри активная, целеустремленная, местами даже наглая оптимистка, но все это где-то далеко, в моей внутренней вселенной. А на деле — одинокая серая мышь, мечтающая темными ночами о крепких мужских руках, о ласковых словах, которые он будет шептать мне в порыве страсти, как он будет крепко прижимать меня к себе, ласково поглаживать меня, страстно нашептывать. Я буду извиваться в его руках, принимать всю ту теплоту и заботу, буду чувствовать его в себе.

— Лавра Николаевна, у вас готовы анализы по последним исследованиям? — раздался над ухом приятный хрипловатый голос моего начальника

Что греха таить, я таяла, едва услышу его голос, хочу откинуться к нему на грудь, крепко прижавшись, хочу чувствовать его руки на своей груди.

— Лавра Николаевна, вы слышите меня, — вернул меня с небес на землю настойчивый голос.

— Да, — как всегда сухо ответила и, собравшись с мыслями, добавила. — Готовы, они уже у Леонида Анатольевича, — еще один начальник на мою голову, от которого пищит вторая половина нашего дружного серпентария. Как уже понятно, первая сходит с ума по Артему Андреевичу.

— Лавра Николаевна, побеспокойтесь в следующей раз, чтобы я первым увидел документацию, — недовольно требовательным тоном проговорил мужчина, так и не удосужившись отстранится от меня. — Артем Андреевич, — резко развернулась на стуле, тем самым оттолкнула от себя мужчину на приличное расстояние, глядя снизу вверх в темные, почти черные глаза мужчины, ответила. — Я вам не секретарь, чтобы за Вами бегать. Вашей Анечке я позвонила, так вот все вопросы к ней. А я же всего-навсего лаборант.

«С дипломом магистра», — добавила про себя. Столько лет учиться, зубрить, забыть про личную жизнь, в мечтах совершать великие открытия, чтобы в один прекрасный момент очутиться у разбитого корыта, понять, что как женщина-ученый ты не нужна, отдадут предпочтения мужчине: в декрет он не уйдет, детей нянчить ему не нужно. Работать в частной конторе обычным лаборантом и радоваться, что меня взяли хоть куда-то. В мелкие дребезги мечты и амбиции.

И вот стоит передо мной очередной папенькин сынок, с насупленным выражением лица. Как же, не ему первому отдала документы. А нечего к себе секретаршу тащить в кабинет, работать нужно на работе! Хотя у себя, можно сказать, они этим и занимались.

Поправив очки в толстой оправе, оценивающе прошлась по светлым с легкой рыжиной гладко уложенным волосам, высокий лоб должен свидетельствовать о немалом уме, но не скажу этого. Немного с горбинкой нос. Слегка чуть пухлые, как для мужчины, губы, но это скорей недостаток. Вот чему и правда завидую, так это его длинным ресницам, мне б такие.

Мне, к сожалению, даже касторовое масло не помогает, как были обрубки светлые, так и есть. С завистью взглянула на его ресницы, мне б такие, тяжко вздохнула. Взгляд сам зацепился за широкую накаченную грудь. Светлая футболка обтягивала его до неприличия, оставляя место самым порочным фантазиям и мечтам. Заставляя испытывать жгучее желание провести длинными ноготками по ней, затрагивая через футболку упругие соски мужчины.

— Лавра Николаевна, с вами все хорошо? — с нотками заботы поинтересовался мужчина. — Все отлично, — громко вздохнула, а про себя добавила: «Пора выходить на охоту».

Милый мой, мне стыдно и нет, я напоминаю себе порой благочестивую монашку, которая одиноко в келье мечтает о мужском теле. Мой порок выплывает в ночи, когда все люди ложатся спать, я в пятницу отправляюсь в вертеп разврата и удовольствия. Порой наблюдаю за собой со стороны, и я не испытываю отвращения, наоборот страстное возбуждающее удовольствие. Я испытываю двоякое чувство — усладу и стыд, страх, чтоб никто не узнал о моей тайной жизни, наполненной животной страстью и наслаждением.

Глава Вторая

Артем

Откинувшись в рабочее кресло, потер виски, устал. Леня вновь задерживает документы. Хотел взглянуть на анализы первым, так нет, перехватил, еще и задерживает. Еще и лаборантка… Давно бы уволил, если б не ее диплом магистра, и Леонид постоянно за нее заступается. А эта дрянь стала себе многое позволять, сегодня было желание уволить ее, какое она имеет право намекать мне на отношения с Анечкой. Ревнует? Брр, за такое взяться противно, хотя не спорю, аромат от нее исходит великолепный.

— Артем Андреевич, — приоткрыв дверь, в кабинет вошла мой секретарь, покачивая бедрами в обтягивающей черной юбке.