Любовь и голуби

У вас не занято? Нет? Ф-фу. Наконец-то местечко нашел. Ну и дела — рабочий полдень, понимаешь, люди от гудка до гудка деньгу зашибают, а места нет. Мест, то есть. Честному труженику присесть некуда, все бездельники заняли.

Да нет, не обращайте внимания. Это не голубиный помет. Как это — где? А куда вы смотрите? О, я-то думал — вы на мой пинджак с карманАми поглядываете. Хороший пинджак, сносу нет. Папаша рассказывал, мой дедуся на Земле его носил. Еще до того, как к нам супростяне прилетели. Дедуся давно помер, а пинджак — как новенький. Чистый мегавинилуретан с искоркой, дамочки так и тащатся. То есть как какие? Да вы что, новичок? Ну, тогда понятно. Наших-то дамочек сюда не пускают, тут вы правы, но ведь и другие есть. Как вы думаете, где я работаю? Да ни за что не угадаете. Вот визитка моя, держите, не стесняйтесь. Да смотрите, смотрите, пока в руках держите, а то она неразменная. Взгляд отведете — и тю-тю, снова у меня в кармане.

…в первый раз вижу такого необразованного! Вижу, не интересовались еще. Ну да, по-первости многих не слишком напрягает, попозжее обычно прихватывает. Годика этак через два. Ну да, «Агентство „Кольцо мечей“», все правильно. Элинорский перекресток, в доме с конторами. Заходите, не пожалеете. Человеческих женщин нет, звиняйте, а вот любые другие — сколько угодно…ох, ненавижу эту кофе. Из лебеды ее варят, что ли? Специально с Земли везут и варят, точно вам говорю! Килограмм сюда, на Вокзал, приволочь — семьсот тугриков стоит, так они и тут экономят. Как на чем? Сами, что ли, не понимаете, что килограмм лебеды легче килограмма кофе? Кофе — она в зернах, тяжелая, а лебеда — трава, вон какая мягкая, в один килограмм сколько хошь напихать можно. Пользуются, гады, что всей этой шушере что кофе, что лебеда — один черт жратва экзотическая. Все равно вкусовые пупырышки только у чуртанаров имеются, а те чужого не едят.

О чем это я? Ах, да. Об Агентстве. Сами понимаете, среди инопланетяшек этих, ну, чужих, всякие попадаются. Кто по делам летит, а кто и просто так по Вселенной шляется, приключений ищет. В том числе и на задницу свою, если анатомия и ориентация позволяют. Встречаются такие, кто то ли бабы, то ли не бабы, черт их разберет, нелюдей, но любви хотят. Или хочут, как меня тут один недавно поправил. Думает, лысину надел — и уже прохфессор? Ха! Куда им деваться на Вокзале, где проезжий народ дольше десяти минут не задерживается? Не прохфессорам, я имею в виду, а приключенцам этим. Дальше лететь? А экзотика? В коридорах к прохожим приставать? Так здесь эдакие типы встречаются — поймут неправильно да и монтировкой погладят, наше вам с благодарностью. Вот мы и помогаем таким инопланетникам, чем можем. Мы человеки добрые, берем за помощь немного, а удовольствия — полон рот… ну или что там у них. Если честно… да не оглядывайтесь вы так нервно, это я на всякий случай озираюсь… если честно, то иногда я и сам не понимаю, как они… ну, это самое… но ведь довольнехоньки! И сами инопланетники, и мужики наши. Ну да, а кто еще? Кого, вы думаете, мы им в пару или, скажем, в пятерку находим? Таких же инопланетников? А на кой они друг другу сдались, здесь, на Вокзале? Они в санаториях да на турбазах своих друг за другом ухлестнуть могут, с комфортом и вообще как им вздумается, а вот наших мужиков только здесь и найдешь. Были бы мы выездными — тогда еще ладно, но пока не судьба. И хорошо, что не судьба, иначе как бы мы башли забивали? Агентство, я имею в виду.