Любимое занятие

Джон Макдональд

Любимое занятие

Доктор Руфус Меддон не считал себя нетерпеливым или склонным к физическому насилию человеком.

Но когда десятый прохожий, которого он пытался остановить, прошел мимо и отмахнулся от него, пробурчав что-то нечленораздельное, Руфус Меддон уже схватил следующего и, прижав к осыпающейся стене, прокричал:

- Послушайте, сэр! Я - первый, кто проник в будущее, и не потерплю...

Мужчина оттолкнул его и повернулся спиной:

- Ты испачкал мой костюм. Отряхни сейчас же.

Руфус Меддон машинально смахнул пыль и, дрожа от негодования, проговорил:

- Похоже, всем на меня наплевать...

Человек обернулся:

- Все нормально, приятель. Лучше пройди лоботомию. Первый раз, когда я смотрел по "ящику" путешествие во времени, ни черта не понял. Слишком мудрено. Я после этих путешествий дергаюсь двадцать часов. Вот детективы по мне.

Руфус предпринял еще одну попытку:

- Сэр, я - живое свидетельство того, что будущее преодолено. Могу объяснить энергетические уравнения, вновь сконструировать проектор времени и отправиться отсюда еще дальше.

Человек пошел прочь.

- Сходи сделай себе лоботомию, - повторил он.

- А разве я не такой, как все? - воскликнул Руфус.

Отойдя на двадцать футов, человек обернулся и ухмыльнулся:

- Не такой.

Когда мужчина ушел, Руфус Меддон осмотрел свой аккуратный серый костюм, затем начал приглядываться к мужчинам и женщинам на улице. Какая несправедливость - попасть в такое вот обыденное будущее!

Многие соотечественники отнеслись к его затее с предубеждением. Последние несколько недель только и было разговоров, что люди будущего подумать только, четыреста лет! - примут Руфуса Меддона за варвара.

Продолжая без цели бродить по улицам знакомого города, он замечал, что всюду царят беспорядок и запущенность: магазины заколочены... тротуар разбит и весь в рытвинах... лишь изредка встречаются машины на заброшенных улицах... их конструкция, правда, более совершенна, зато все побиты, грязные и сильно шумят.

Человек, которого он остановил, говорил что-то непонятное. "Лоботомия"?.. Потом еще - "путешествие во времени"? Неожиданно подойдя к парку, Меддон замер - уж слишком знакомым показался он, только очень зарос. Однако конная статуя генерала Мерди, отлитая из вечной бронзы, продолжала стоять на месте, усиженная голубями.

Одежда и разговорный язык не изменились, подумал он, а может быть, переход в будущее прошел неудачно? Неужели это тот мир, о котором он мечтал?

Меддон пробрался сквозь заросли высокой, по колено, травы к кованой железной скамье. Четыреста лет назад он сидел вот на этой самой скамье. Он вновь сел на нее. Металл под ним рассыпался в порошок, и сиденье с глухим стоном раскололось пополам.

Доктор Руфус Меддон поднялся, потирая ушибленный локоть, изо всех сил пнул злосчастную скамейку и чуть не закричал от боли - обломок оказался довольно крепким. Раньше он никогда не замечал за собой приступов ярости.

Прихрамывая, вышел из парка, ворча и удивляясь, почему парк пустует и куда это все спешат?

Выходит, за четыре столетия ничто не изменилось к лучшему. Многие знакомые здания разрушились. Другие кое-как пока стояли. Ни одного газетного киоска вокруг. Но зато - и это сильно взволновало - на улице полно низких белых автофургонов в довольно приличном состоянии в отличие от других машин. На каждом фургончике крупными золотыми буквами было выведено: "Всемирная служба чувств". Приглядевшись, он заметил, что ниже виднеются надписи. На одних стояло: "Отделение снабжения", на других "Отделение подключения".

На остановившемся рядом с ним автофургоне было написано: "Отделение лоботомии". Из машины вылезли два здоровых парня и с улыбкой посмотрели на Меддона. Один из них сказал:

- Ты явно перебрал, доктор.

- Откуда вам известна моя профессия? - спросил Руфус, ничего не понимая.

Второй парень оскалился и похлопал рукой по двери:

- Хороший фургончик, просто отличный фургончик. Залезай, дружище. Мы отвезем тебя туда, где ты почувствуешь себя прекрасно. Уловил?

Доктор Руфус Меддон внезапно начал догадываться, что такое лоботомия. Он в страхе бросился наутек, но санитары схватили его и быстро затолкнули в машину.

Вскоре он уже входил в здание, на фасаде которого красовалось: "Всемирная служба чувств". На двери самого роскошного кабинета имелась табличка "Региональный директор Роджер К.Хандрисс".

Роджер К.Хандрисс сидел за огромным столом. Это был седеющий человек с багровым лицом и острыми серыми глазами. Он как раз изучал свою чековую книжку, размышляя о том, что уже через год у него будет достаточно денег. Тогда - отставка и постоянное подключение, которое ни в какое сравнение не идет с временным... тем, что можно получить дома. Все дело, конечно, в нервных окончаниях.

Вошла девушка, оставив дверь открытой, и положила ему на стол несколько предметов.

- Мистер Хандрисс, эти вещи только что передали из отделения лоботомии. Их нашли в карманах мужчины, который слонялся по улицам.

Через минуту в кабинет не спеша вошел Крамер, заместитель начальника отделения лоботомии.