Любимец Богов

Саратов, 2045-й. Вот уже три года я езжу на работу в практически пустом вагоне метро. Захожу, слушаю, как двери захлопываются с вкрадчивым шипением, осматриваюсь и занимаю любимое место в центре вагона. И сейчас, уютно расположившись на центральном сидении рядом с задыхающейся печкой, я привычно вытянул ноги и попытался растереть задубевшие колени. Не помогало – в метро было немногим теплее улицы, а февральские морозы не располагают к оттепели.

Сегодня на сидениях рядом никого нет, еду в одиночестве. Обычная картина за последний год – двое соседей в одном вагоне уже редкость. Хотя жаловаться не стоит – хорошо, хоть мою ветку не закрыли. В декабре, под Новый год, власти сделали подарок всем жителям Заводского метро – из-за отсутствия спроса оставили только маршрутные такси, по паре автобусов на рейсе. А метро что - все, закрылось. И либо трать бешеные деньги на маршрутку, либо иди пешком. Я огляделся по сторонам – вот уже пару месяцев привычно осматриваюсь, в надежде не заметить объявление о закрытии моей ветки. Никаких объявлений, кроме сиротливой рекламы доставки обедов, на стеклах не было. Я покачал головой – совсем уже одурели от этого вирта, скоро в туалет будут заказывать доставку. «Здравствуйте, я забыл туалетную бумагу в комнате, привезите рулон, пожалуйста! Конечно, ориентировочное время доставки – 20 минут. Ожидайте», - вслух процитировал я. А что, неплохое вступление для статьи, надо бы записать.

Ах да, я же не представился. Роман Грабовский, двадцать восемь лет, не женат, вредных привычек нет, полезных тоже. Обладаю самой «востребованной» профессией в нашем мире – журналист-репортер. И ладно бы, описывал в статьях светскую жизнь, например – так нет же, стал репортером. Для тех, кто не в курсе – репортер это человек, которые пробирается с фотокамерой наперевес в, например, взорванное метро, когда оттуда бегут все как ошпаренные. Любовь к адреналину, проявившаяся у меня в детстве, требовала выбора интересной профессии – вот и вышел из меня репортер.

Хотя что это я бурчу здесь. Вы не подумайте, обычно я намного веселее. В том же метро вместо того, чтобы злиться и психовать, я должен был дописывать статью. Но никак не получалось сосредоточиться – меня трясло. Еще бы – газета, которая обеспечивала мне пропитание и проживание в человеческих условиях, сегодня утром окончательно и бесповоротно объявила о своем закрытии. Разорились.

Я сжал онемевшими руками портфель с ноутбуком. Черт, как же холодно. Вспомнилась секретарша Леночка из редакции. «Бывшей редакции», - злорадно напомнил внутренний голос. Леночка, обычно радостная, искрящая миловидная блондинка не стесняясь рыдала в голос. Административному персоналу повезло еще меньше, чем журналистам – нам-то хотя бы выходную премию выплатили, а им придется еще обязательный месяц отрабатывать с сокращенной зарплатой

Мимо проносились улицы Саратова. С пустынными дорогами и симметричными, в ряд поставленными башнями небоскребов. Практически в каждой из этих высоток находятся либо офисы корпорации «Game.net», либо жилые помещения. «Согласно новому нормативу правительства, обязательный минимум жилой площади для гражданина понижен до шести квадратных метров», - я вспомнил свою недавнюю статью. Неплохо, целых шесть метров. Когда понизили до десяти, думали, что уж меньше некуда. Оказалось наоборот. Скоро, наверное, будем жилую площадь для населения считать в кубометрах. Два на два и еще раз на два. И все будет хорошо. Говорят, где-то не так, но кто его знает, где это «где-то».

Часы послушно отсчитывали таймер до встречи – в метро еще двадцать минут, потом пешком пять минут и я на месте. Значит, надо успеть доделать халтурку – конечно, Андрюха сегодня не спросит, ведь договаривались на среду, еще два дня. Но сдача статьи раньше срока хорошо влияет на репутацию, а раз уж он сам позвонил и предложил встретиться, значит, надо сразу и сдать. Может, будет в хорошем настроении и еще что подкинет. Я раскрыл ноутбук и погрузился в редактуру уже написанного материала про никому не нужный рынок недвижимости. На краю сознания билась мысль, что Андрей не просто так вызвал его в понедельник на встречу, да еще и не в редакцию, в бар. Но я старательно концентрировался на статье, уже привычно уходя от проблем проверенным способом - "побегом в рабочий процесс".

Поставив точку в трехстраничном документе, заполненном анализом цен на комнаты в центральном районе, я потер раскрасневшиеся глаза. Бич нашего времени – за всю жизнь я не видел ни одного человека, который не испытывал бы проблемы со зрением. Раскрасневшиеся, налитые кровью вены контрастируют с желтоваты белком. Зрачки расширены, двигаются медленно, а внутри будто налиты белым туманом. Дети компьютерного общества.