Лунная Олимпиада

– Светлого дня, дамы и господа! Вы смотрите канал «Всемогущий», и с Земли вас приветствует спортивный комментатор Эмма Фогель…

– А с Луны – межпланетный корреспондент Лев Можайский, привет, друзья. Кстати, отсюда я вижу гигантскую телебашню «Всемогущего» в Санкт-Петербурге, так что мы с вами как будто совсем рядом, Эмма. Мне кажется, я даже чувствую запах ваших духов. Это «Номер пять» от Веригина, как всегда?

– Эээ, Лев, полагаю, наши зрители собрались сегодня у экранов не для того, чтобы слушать, как вы со мной флиртуете, причем совершенно неумело…

– А я вот уверен, что многие здесь именно ради этого, иначе зачем продюсеры «Всемогущего» поставили нас сегодня в пару? Уж наивными простачками креативщиков «Всемогущего» точно не назовешь.

– Кхм… Итак, дамы и господа, мы в прямом эфире ради величайшего события третьего тысячелетия – первой Лунной Олимпиады в истории человечества! В виде исключения церемонию открытия Олимпиады решили совместить с церемонией закрытия, поэтому сегодня начнут прямо с соревнований. Первые состязания – гонки на лопатах – стартуют через час и у нас есть время обсудить особенности проведения Олимпиады на главном спутнике Земли. Лев, почему отменили традиционную церемонию открытия?

– Эмма, официальная причина звучит достаточно сомнительно. Организаторы утверждают, что не хотят ничего праздновать, пока не проведут все соревнования до единого. Глава Олимпийского комитета Дмитрий Викелас, самый трезвомыслящий человек из всех, кого я знаю, накануне демонстрировал чудеса дремучего суеверия. На пресс-конференции Викелас выдал журналистам весь набор дедовских поговорок, вроде «не говори гоп, пока не перепрыгнешь», «не берись лапти плести, не надравши лык», «цыплят по осени считают» и так далее. Между тем, в кулуарах комитета называют настоящую причину переноса церемонии. Проблема в олимпийском огне.

– О, но без факела – это не Олимпиада!

– Вот именно! За моей спиной, Эмма, вы видите высокий стеклянный столб – в нем-то и должен был полыхать символ межпланетного спортивного духа, который привезли на лунном автобусе аж с Пелопонесса, в особой герметичной колбе в виде факела… Впрочем, мы не раз ее показывали в эфире. И вот буквально в последний момент выяснилось, что в стеклянном столбе сломалась вытяжка! Кислород подается, все супер. А дальше – куда уходить продуктам горения? Да мы чуть не уничтожили Луну! Осколки долетели бы и до вашей студии. А ведь задача Олимпиады – объединять народы, а не разъединять планеты на атомы посредством невиданных взрывов! В общем, чуть не опозорились на всю галактику. Сейчас технические специалисты, выражаясь в стиле главы Олимпийского комитета, надирают лык, чтобы сплести лапти… Проще говоря, разбираются с вытяжкой.

– Лев, насколько я понимаю, «цыплят», то есть олимпийских голубей, тоже считать рановато – в свете вчерашнего решения суда Санкт-Петербурга. Для тех, кто пропустил горячие новости: зоозащитники добились судебного запрета на транспортировку голубей в космос и на Луну в частности. Представители Олимпийского комитета напирали на тот факт, что птицам не привыкать, голуби и так повсюду летают, и вообще им предоставят модные скафандры, однако судью эти аргументы не убедили. Лев, как справляются с проблемой организаторы? Голуби всегда были важной традицией Олимпиады.

– Что ж, Эмма, на помощь Олимпийскому комитету пришел крупнейший производитель музыкального оборудования «Баюн», создатель знаменитой голографической певицы Беты. Все мы знаем ее хиты, например, «Во поле береза стояла», «Мама-плата, прости за перепрошивку» или, скажем, «Бум-пада-бум, гусли мои зависли».

– Да, про гусли обожаю!

– Знаю, Эмма, знаю, потому и сказал… Одним словом, инженеры «Баюна» сейчас трудятся в поте лица, экстренно программируют голографических голубей. Посмотрел я на их работу – настоящие профессионалы. Полагаю, справятся. Впрочем, есть у них и план «Б». Об этом мне рассказала Франсуаза Робер, вице-президент по связям с общественностью корпорации «Баюн». В крайнем случае, сообщила Франсуаза, вместо голубей на стадион выпустят певицу Бету с песней «Хештег птица перелетная», народ будет доволен.

– Я так точно буду. Давайте поговорим про стадион, на котором вы сейчас находитесь. Он выглядит… не совсем обычно.

– Эмма, прежде всего – это не совсем стадион, и даже совсем не стадион, а небольшой лунный кратер диаметром около двухсот метров, что примерно соответствует размерам привычных нам спортивных сооружений. Для прессы здесь, на самом краю, соорудили здоровенную стеклянную полусферу. Мы тут все ходим без скафандров и вообще чувствуем себя совершенно непринужденно. Сверху открываются прекрасные виды, журналистам подают свежайший березовый сок с малиновыми левашами…

– Правда? Кто подает?

– Ну же, не ревнуйте, Эмма. Самоходные тележки, конечно же. Курсируют между местным отелем «Эрмитаж» и Шляпой Кубертена.

– Чем, простите?